21:45 

Детишки, поиграем в драббломоб?

Jim Moriarty
Consulting criminal. Brilliant!
upd. Да бросьте, последнее обновление в марте? Не разочаровывайте меня, мои дорогие, вы не представляете, как опасно нервничать после смерти.

Эй.
Да, да, ты.
Оторвись от своих скучных дел, my dear.
читать дальше
Суть проста - вы пишете драбблы. Про меня. Я совершенно не возражаю, если вы еще и приплетете Шерлока, к примеру, или других персонажей. Я даже согласен на кроссоверы. Аттракцион невиданной щедрости, мои дорогие, ловите момент.
Итак, вы пишете драбблы. Короткие драбблы, размером 300-400 слов. Любой жанр, любой рейтинг. Каждый последующий должен начинаться с последней фразы предыдущего. Последняя фраза вашего драббла должна нести нейтральную окраску. Написанные драбблы складывайте в комментарии к этому посту.
Внесу ясность:
"И, закусив губу, чтобы не разрыдаться, он погрузился в пучину отчаяния." - не нейтральная фраза.
"Солнышко радостно светило с небес, весело возвещая начало лету." - не нейтральная фраза.
"-У нас двойня! - воскликнул Шерлок, сжимая Джима в объятиях." - не нейтральная и совершенно некорректная фраза.
"Темнело." - нейтральная фраза.
"Всему свое время." - нейтральная фраза.
и все в таком духе.
Если вдруг, пока вы усердно писали драббл, кто-то пришел и опередил вас, кидайте свой драббл и не расстраивайтесь.
Если вдруг вы видите два или более драббла, начинающихся с одной и той же фразы, берите последнее предложение того, кто успел первым.

Все просто, детишки.
Надеюсь на вашу активность, всегда ваш,
Джим.


запись создана: 25.11.2010 в 20:36

@темы: Jim Moriarty, Fanfiction, Конкурс

URL
Комментарии
2010-11-26 в 01:36 

вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
В одном госпитале Лондона есть отдел АйТи, где работает местный светило — Джим.
Обращайся к нему с чем угодно — выпить кофе и починить душу, взломать Форт Нокс и удалить чей-то тумблер.
Он милый и вежливый молодой человек, смущается под взглядом девушек и роняет вещи в присутствии симпатичных парней. Поговаривают, что он гей. От этого число любопытных поклонниц только увеличивается.
Одна работница морга, Молли, однажды задается вопросом, что же делает загадочный Джим, когда двери закрываются. Когда нет потока людей и вопросов, когда гаснет свет. Ее чуткий женский взгляд замечает остатки еды на заказ и принесенное откуда-то оранжевое одеяло. Будь она Шерлоком, то сразу бы смекнула, что у него в кабинете заложник. Но девушка лишь пожимает плечиком и думает, что он такой же трудоголик как и она сама.
Ни у кого не мелькает и мысли, людей без мозга и навыков дедукции, что на самом деле забавный малый — не тот, за кого себя выдает. Что его теплый взгляд сменяется холодным и расчетливым, лишь только закрываются двери.
В кабинете техподдержки он держит парня, Джима из АйТи, тоже брюнета, но будь он хоть блондином — документы не так сложно подделать; возможно, гея, этим никто не интересовался. Он кормит его, и поит горячим какао, и угрожает убить его мать — она такая стерва.
Безобидный Джим исчез из жизни совсем не из-за угроз, его не ловили и не обвешивали взрывоопасными гирляндами, нет, вообще-то он сам напросился.
Моля у Санты каждый год криминального злодея, чтобы взорвать чертов город разбитых надежд.
Однажды его услышали.
Его похититель улыбается мягкой улыбкой и носит его футболки, но Джим видел его настоящим, с властным взглядом и гримасой одержимости на лице. Джим думает, что у него красивые глаза и точно знает, что сильные руки. Еще он умен, настолько, что не позволяет компьютерной возне занимать свое время. Ему почти нет дела до людей — Джим слышал только одно имя, произнесенное за все время. Кажется, Шмит, а может Шерри. Ему запретили думать об этом, да и не очень хочется.
Возможно, однажды Джима убьют за ненадобностью, отключат отслуживший свое виртуальный диск, вот только он не будет против. Да, определенно, у его мастера красивые глаза.
А еще ему пообещали, что Лондона больше не будет.

Сейчас снова зайдет назойливая сотрудница морга, а он спрячется под стол и будет пялиться на идеально начищенные туфли Великого притворщика.
Колесики офисного кресла и туфли — его предел. Выше он обычно не смотрит.
Его определенно убьют…
собственные нездоровые мысли.
Мать всегда говорила, что он робот, а не человек; помешанный на таких же машинах, как он сам. Мориарти говорит, что он его идеальное прикрытие.
Джим чинит компьютеры, Мориарти обаятельно улыбается, Мориарти следит за Шерлоком, Мориарти продумывает плановые преступления, Джим чинит компьютеры — обеспечивает алиби. Определенно, они хорошая команда.
Голос Молли все ближе, криминальный гений легонько пихает Джима из АйТи носком туфли в живот, и его сердце снова бьется.
«Я не робот, мама».
И когда раздастся «бум», неизвестно, кто будет смеяться последним.

Пустой офис, остывшая еда, смс от Него с очередными квестами. Джим протирает красные глаза, глотает кофе, просматривает тумблер.
За окном светает.

2010-11-26 в 02:59 

Sir Konrad Weller
Нав'язувать ментальність нелогічно
За окном светает.
После бутылки виски и второй - да нет, третьей уже пачки сигарет за ночь безудержно хочется спать, поговорить с другом, вызвать Шерлока на очередной поединок гениальных планов. И шоколадного печенья.
После виски и сигарет всегда хочется печенья и что-то сделать с Шерлоком.
Но закадычный враг опять умотал в скучнейшую Беларусь, словно ему там медом намазали; друзьями Джим так и не обзавелся, печенья в доме нет уже давно, а спать - это слишком скучно.
В десятый раз обновить блоги - много нового, ничего интересного. просто удивительно, насколько диким собранием банальностей становятся посты в ночь с пятницы на субботу. Алкоголь, начало уикэнда и приближающиеся праздники словно приводят мозги большинства людей к общему знаменателю. Такое ощущение, что за две недели до Рождества человечество массово заражается праздничным вирусом и трет со своих допотопных жестких дисков все, кроме мыслей о семье, праздновании и подарках.
Со скуки Джим проверяет почту пары высокопоставленных правительственных чиновников - но и там все то же самое плюс пара давно планируемых политических интриг, предсказуемо отложенных до "после праздника".
Обидно. С какого это счастья померший две с лишним тысячи лет тому назад человек вдруг становится важнее продуманных планов, идей и страстного желания насильственными методами кардинально "изменить жизнь к лучшему", как воет одна навязчивая реклама.
Не то, чтоб Джим часто смотрел телевизор , но именно эти строки постоянно перебивают программы новостей.
Видимо, придется-таки отправляться на свидание с кроватью.
Когда решение "пойти спать, может днем будет интереснее" формируется окончательно, Джим вздыхает и готовится опустить крышку лэптопа.
В это самое время иконка почтовой программы радостно ухает и машет кожистыми крыльями
Серая лента ползет поверх панели задач, зелеными буквами сообщая:
"From: incredible Irene To: Jimmy-boy Subj: В Америке жуткое пиво"

Секундное движение по тачскрину.

"From: incredible Irene
To: Jimmy-boy
Subj: В Америке жуткое пиво

Йорк достал - пиво хреновое, мужики страшные, бабы толстые. Встречаю Рождество в Лондоне. Будешь рад мне?"

Джим улыбается и строчит ответ

"From:Jimmy-boy
To: incredible Irene
Re: В Америке жуткое пиво

Добро пожаловать домой, красотка. Как насчет подарка нашему общему знакомому? Есть мысли?"

Печенье и поспать отходят на второй план. У Джима Мориарти нет друзей, но у него есть очаровательная коллега.
Они что-нибудь придумают.

2010-11-26 в 05:15 

шоггот на крыше
i'll hug your mum
Они что-нибудь придумают.
О, они обязательно что-нибудь придумают, и нет никакой гарантии, детка, что это не будет касаться тебя. Дрожи в своей теплой постельке, ворочайся под своим мягким одеяльцем. Любой комфорт стоит денег, но психологический - тех денег, которых у тебя нет.
Если ты читаешь эти строки, ты предупрежден.
Если ты читаешь эти строки, ты уже мертв.
Он не придет к тебе сам, он будет сидеть за гладким, пустым столом - никаких степлеров и пачек бумаги - и слушать соседку, которой надоела твоя собака. Или брата, которому надоел ты сам. Может быть, кого-то из твоих коллег. Может быть, абсолютно незнакомого тебе человека, совершенно случайно желающего тебе смерти. Мало ли в мире людей, которые тебя ненавидят?
Он будет сидеть за столом, улыбаться, приподнимать свои выразительные брови, округлять свои изумительные глаза, и холодно просчитывать в своем восхитительном уме способы тебя убить. Что-нибудь новое и оригинальное. Или, может быть, у него не будет настроения для оригинальности. Тогда что-нибудь эффективное и простое.
И он обязательно что-нибудь придумает - они придумают, вместе с тем человеком, который придет просить о смерти. Может быть, твоей смерти, может быть, смерти случайного человека. Только из-за того, что ненавидит гудящий мотор твоей машины рано утром, или только из-за того, что сам на пороге.
Он выслушает любого. Поможет любому. Он так добр, не правда ли, детка?
Ты боишься? А тебе стоило бы бояться. Твоим коленям подкашиваться, зубам стучать, а коже потеть. Все должно расплываться перед твоими глазами, пока он будет водить своими ухоженными пальцами по краю своего офисного стола и чуть заметно хмурить брови, обдумывая детали. Может быть, ты даже не знаешь о его существовании - хотя стоило бы. Я удивлю тебя, золотко, но туман в твоей голове не заменит мозг. Чего нет - того нет. Жаль, конечно, что ты умрешь какой-нибудь нелепой смертью, пока он будет пить кофе и разговаривать с очередной глупой девицей с работы - его другой работы, не той, на которой он гениальный преступник, а на той, где он улыбчивый нерешительный гей. Очаровательное мягкое существо, притягивающее к себе менее очаровательных, но таких же мягких. Когда он будет рассказывать ей про какую-нибудь ерунду, вроде потерянного галстука - ты знаешь, люди любят обсуждать мелочи - твое тело будет истекать кровью, или корчиться от удушья, или разрываться на части. Ты даже не узнаешь его имени, никто не скажет тебе. Есть, конечно, крохотный шанс услышать - совершенно случайно, но ты никогда не поймешь, что оно значит.
Мориарти.
Возможно, прямо сейчас, когда ты лежишь в своей постели, твоя судьба необратимо меняется, без твоего ведома и согласия.
Остается только ждать, дорогуша. Пока не случится самое значительное событие в твоей жизни.
Ждать.

2010-11-26 в 12:10 

.Соболевский.
Ave, Caesar, morituri te salutant!..
Ждать. Ждать, пока Джон отвернется, только чтобы ответить на звонок. Ждать, пока Джон уйдет на дежурство, чтобы снова набирать его номер, скрывая саму вероятность его существования, как постыдное знакомство, о котором не принято говорить вслух.
Больше всего на свете Шерлок хочет, чтобы Джим приехал. Больше всего на свете Шерлок хочет это прекратить.
Их ночи пахнут виски и льдом, немного утренним кофе, поцелуями и жарким дыханием. Они звучат в тишине сбитым пульсом и прерывистыми стонами. Это неправда, что у Шерлока нет сердца, оно есть, просто никто не мог заставить его биться до сих пор, так, как делает это Джим. До этого Шерлок вообще не подозревал, что можно чувствовать именно так и никак иначе.
Джим зовет его "мой дорогой". Джим зовет его "секси". Джим зовет его "девчонкой" и смеется, выгибаясь под сильным телом в кажущейся бесконечной судороге оргазма. В эти моменты Шерлоку кажется, что он готов убить Джима, убить только для того, чтобы потом уйти сразу же вслед за ним, ведь без него будет так скучно и так невыносимо пусто.
Шерлок не представляет, как он жил без Джима. Не представляет, как он мог засыпать без теплой руки, сжимающей его пальцы, без таких ласковых и таких правильных поцелуев, без его ежедневных звонков и шепота в трубку, который, кажется, уже намертво вшит Шерлоку под кожу, пущен по венам, вшит в сердце, которое, конечно же, уже совершенно бесполезно жечь.
Пальцы Джима подносят сигарету к губам Шерлока, предлагая затянуться и о, мой Бог, это похоже на Рай, если только он существует. Джим подливает в стакан виски, тихо звенит лед, ударяясь о прозрачные стенки. Теплая ладонь ласкает тело Шерлока, повторяя каждый изгиб, заставляя его умолять о большем.
Никаких ненужных моральных сентеций, ни одного упрека, только поощрение. Боже, как же Шерлоку этого не хватало.
Джим смеется над его мальчишеской жадностью первооткрывателя и над чистым, почти восторженным наслаждением всеми запретными плодами, а Шерлок хмурится и язвит в ответ, требуя очередную сигарету. Джим никогда и ни в чем ему не отказывает.
Они засыпают с рассветом, прижавшись друг к другу - два дюйма и десяток невысказанных слов между телами, рука в руке, одно одеяло на двоих. Серое небо Лондона хмурится сквозь неплотно задернутые шторы. Утро всегда приходит вовремя.

2010-11-26 в 21:11 

Я верю. Значит, я знаю это каким-то неизвестным мне способом. (c)
Бредовая аллегория, порожденная измученным моском в конце адской трудовой недели))

Утро всегда приходит вовремя.

И выводит тебя на свет. Какие бы глубины своей внутренней тьмы ты не исследовал, как бы долго не блуждал в потемках... Утро было твоей надеждой.
И однажды, когда сил уже совсем не оставалось, когда ты готов был сдаться, смирившись с окружающим тебя миром или взорвав его в последнем отчаянном выплеске, готов был стать одним из всех или перестать быть вообще, ты увидел его — долгожданное Утро.
У него были черные кудри и бледная кожа, пронизывающие точно лучи рентгена глаза и полные, мягкие даже на вид губы, у него был так нужный тебе свет — не яркий палящий зной полуденного солнца, не кроваво-красные умирающие отблески заката, а легкий, полный обещаний и намеков на невозможное, искрящийся в каждом луче, - как раз такой, что уравновесит твою тьму. И только посмотрев на жизнь под утренними лучами, ты увидел, что она цветная. Ты понял, что черному и белому есть альтернативы и захотел попробовать их. Жизнь снова заинтересовала тебя.
Ты догадывался, что в тот самый момент, когда ты ощутил теплые лучи утра, оно также почувствовало уютную бархатность твоей тьмы. Едва окунув в тебя случайный первый луч, оно уже со всей энергией жаждало осветить собой все твои глубины.
Вы больше не могли быть по отдельности. Притягивая друг друга и притягиваясь сами, вы кружили в безумной пляске теней, порождаемых столкновениями света и тьмы. Иногда тени ломались, то поглощенные твоей тьмой, то высвеченные в ничто его лучами, но кому есть дело до теней?..
Ты удивился, узнав, что ему. У его теней даже были имена — тень по имени Лестрейд, тень по имени «злейший враг», тень по имени миссис Хадсон... а тень по имени Джон почти всегда была рядом с ним. Зачем? Разве ему недостаточно интересно с тобой?
Не сразу, но ты понял и это — свет, вторгаясь в пределы тьмы, рождает причудливые узоры теней, но тьма, поглощая источник света, остается лишь тьмой. Тебе никогда не были нужны тени. Тебе нужен лишь свет. Который, когда игра подойдет к концу, ты погасишь.
Хотя с его точки зрения это он закончит игру, рассеяв твою тьму, проникнув своими лучами в самые укромные ее уголки, ничего не оставив сокрытым...
Но вы единодушны в одном, игра стоит того, чтобы жить, и потому — игра продолжается!

2010-11-26 в 21:26 

билли крэш
fuck it
опоздала, гм, ну да ладно )

Утро всегда приходит вовремя. Никакой недосказанности - слова как чертов свет, пробиваются даже в самые плотно зашторенные окна, утром обрушиваются шквалом, во-вре-мя, всегда - вовремя.
Мои слова - твои слова, Джеймс, мой свет - твой свет, спаси и сохрани, боже, католическую веру в безнаказанность. Бог верит в твое искупление, а значит - ты спасен, чист изнутри, а значит - еще один круг, и еще один круг, легким бегом, легкой поступью, шагай по головам, не верь и не доверяй, твори свое зло, все вернется, утром - все.
Религия не приемлет Сатану, Сатана не приемлет религию, он заглядывает в окна ночами, грешники не запирают стекла, ты знаешь? Он ищет, проникает вместе с темнотой в самые защищенные квартиры, и сердце его стучит бешенным ритмом - у него есть сердце, и этим он отличается от Бога - когда он видит готовые проклюнуться ростки злобы, ярости, ненависти, он синтезирует нужные мысли, черный зонтик раскрывая над вашими головами, ночными шорохами, страшными снами, он взращивает это зло, привязывая вас - к себе, он - не отпускает, он - всегда рядом.
Ты видел его, верно? Холодом в груди, кровью под ногтями - ты не любишь пачкать руки, и это почти физическое - ты видел его ближе, чем мог себе представить, он тянул к тебе свои руки, по-отечески ухмыляясь. Он - Отец, и он же - палач, он хуже смерти, та всего лишь прекращение жизни.
И когда тебе уже кажется, что тебя сжало тисками его ласковыми угрозами, скупыми похвалами, острыми клещами, приходит утро.
И твой Боже снова с тобой, и ты прощен - на этот раз и снова, и это возвращение к началу, повторение одной и той же жестокостью, сводят тебя с ума.
Но тот, честный и беспощадный, несет за собой ужаса втрое больше, он не врет и не оправдывает, и он всегда готов принять тебя в свои объятия.
И ты ищешь, свободы, равенства, тебе смертельно надоело разрываться пополам, и жмурить глаза перед светом, но все, что есть - тихий шепот ночами, ты мой, Джим, ты весь мой, до самого последнего страха, не пытайся освободиться.
Ты божья радость, вины и грехов столько, что век пировать можно, он тебя не отпустит, и бесполезно пытаться, раз за разом, все страшнее греша, он знает, что тот, другой, тебя ловит, цепляет и держит тебя еще сильнее.
Шерлок - спасение, Шерлок - новая церковь, новая религия, в нем силы столько же, сколько в тех, кто рвет тебя на части.
Утро приходит вовремя, Джим, но ночь никогда не растворяется до конца.
У него серые глаза.
Он - между.
Он - сильнее.
Вытащит.
Вырвет из цепких лап божьих, из вечного его капкана.
В этот раз все будет по-другому.

2010-11-27 в 19:17 

вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
… игра продолжается! Мяч в штрафной зоне, удар, го-о-о-ол!
Эндрю чуть морщится, то ли от холодного пива, то ли от полузадушенных «ура, йохохо» от столика в стороне, за которым собралась компания явно изрядно надравшихся личностей.
Он чуть опирается на барную стойку и задумчиво смотрит в пузатый экран телевизора, висящего на стене.
Эндрю всегда ценил такие свободные вечера, когда он был свободен от работы, мог оборвать телефоны, забывая вообще как говорить, и просто слоняться по городу, заходить в случайные кафешки, смотреть на людей. В такие моменты все мысли уходили прочь, теснясь под напором безграничных осязаний-ощущений и просто вакуума.
Для того чтобы играть людей, иногда приходилось просто стать тенью и одновременно частью каждого.
А еще для того чтобы стать собой, отпустить навязанные эмоции, не свои переживания. Это, наверное, самое сложное.
Эндрю чуть хмурит изящные брови и проводит пальцем по бокалу. Бармен понимающе улыбается, протирая стаканы.
Он всегда слишком вживался в роли, влюблялся в них и был верен до самого конца. А после наступала…
— Пустота.
Что?
Он моргает несколько раз и поднимает голову, нервно облизывает тонкие губы.
Бармен мотает лохматой головой в сторону зала:
— Говорю, пусто сегодня. Как повымирали все.
Эндрю кивает и улыбается.
Бывает, что такие вот случайные встречи могут вскрыть что-то глубоко внутри.
— Знаешь, сынок, — он наклоняется почти на личное расстояние, его умные глаза в сетке морщинок делают его похожим на пирата, — когда работаешь в баре, много людей повидаешь.
Эндрю вежливо кивает, боясь показаться слишком заинтересованным. В его голове тут же рождается картина, в которой он мог бы сыграть его…
— Они проходят мимо сотнями, каждый со своим запасом болячек и проблем, и каждый день смотря на них, веселых и беззаботных, озабоченных и усталых…
В его голове уже рождаются реплики и выражения лица, интонации и образы, и когда он понимает, что бармен замолчал, и переводит на него взгляд, на лице того сверкает улыбка. Теперь он напомнил ему индейца из старых сказок.
— Что? Тогда что?
— Мне кажется, что все мы встречаем друг друга неслучайно, вот что. А теперь возьми и позвони ему.
Эндрю резко вскакивает сам не свой. Хватая шарф и оставляя на стойке купюру, бросает «Сдачи не надо».
Бывали дни, когда он наслаждался пустотой, сбрасывал звонки и забывал о работе, ходил и смотрел на людей, дышал морозным свежим воздухом. Его мысли улетали в небо вслед за струйкой горячего пара изо рта.
Но сегодняшний день был особенно тихим и пустым, потому что он не мог решиться позвонить своему напарнику по «Шерлоку» и сказать…
— Привет.

кому интересно, продолжение.

2010-11-28 в 02:44 

Mad Hutter
Чтобы Мир был свободен — он должен сойти с ума ©
Привет, Шерлок!
Не ожидал нового хода? Думал, я так просто откажусь от нашей игры? Я никогда не отступаю, и сейчас тебе снова придется принять вызов!
Они такие глупые - эти людишки, те, кто так жаждет избавиться от своих проблем моими руками. Не понимают, что, обращаясь ко мне, они только загоняют себя в ловушку, сами наступают в капкан. Они считают, что мне нужны их деньги. Как это глупо! Они не понимают, что меня привлекает не материальная сторона дела, а возможность быть манипулятором, кукловодом в этой игре с жизнью. Ведь это только игра. Все это игра, и так глупо думать иначе! Я управляю ими, их судьбами и жизнями. И могу лишить их всего в один момент. Но это так скучно. А мне хочется поиграть. Никто из них не способен на ответный ход, никто, кроме...
Кроме тебя. Но даже тебе приходится поддаваться. Не давай я тебе подсказки, ты бы так и не смог найти меня. Хотя я хочу верить, что ты просто не старался, считая меня легкой мишенью.
Ах, Шерлок, ты ведь можешь лучше! Ну давай же, чтобы это стало интересной игрой, а не оказалось скучным матчем фаворита с аутсайдером. А ведь я фаворит! Но теперь я придумал новые правила, и тебе придется сыграть со мной по ним. Ты ведь считаешь, что я слаб и проиграю, но этому не бывать. Я никогда не проигрываю. А когда мне надоест, я уничтожу тебя! Я всегда смогу найти себе новую игрушку - куклу, которой смогу управлять. А тебе никогда, слышишь, никогда не найти соперника достойнее. Ты ведь слишком умен, да, Шерлок? Но мне даже не приходится напрягаться, чтобы играть с тобой. И если будешь правильно себя вести, то, возможно, я дам тебе дополнительное время. Я, именно я, кукловод. Тебе придется слушаться моих команд. И когда я буду дергать за ниточки, ты будешь выполнять все, даже против своей воли, ведь ты уже послушная кукла в моих руках. И тебе никогда не выбраться из моих сетей, только если я этого не захочу, а у меня нет желания отпускать тебя.
Пока...
Милый, глупый Шерлок. Всему свое время.

2010-11-28 в 14:38 

-Morrigan-
A hard-on doesn't count as personal growth
Совсем-совсем коротенькое =)
ВАРНИНГ: Оно как бы в рифму, надеюсь папочка не взрывает плохих поэтов =)


Всему свое время. Я дерну за эту нить, и сотни кусочков обрушатся с резким звоном. Тебе, дорогой мой, конечно не победить, но всласть поиграть я тебе позволю. Лондон - песочница, поле для детских драк, пусть кто-то и видит в нем вечное поле боя. Только, мой милый, я же тебе не враг, я - твоя тень, распростертая за спиною. Я - наизнанку вывернутый мотив, твое отражение, только вниз головою. Я - часть тебя, и, даже не победив, ты победишь, поскольку ты станешь мною. Как аверс и реверс одной медали, как шприц и наркотик - мы созданы друг для друга. Как Джекилл И Хайд - мы сами себя создали; мы сами убьем себя, чтобы развеять скуку. Союз совершенен, как скальпель и кожа, удавка и шея, коньяк и отрава - мы так идеально друг с другом похожи. Ты будешь бриллиантом, я буду - оправой. Ты туз, а я - Джокер, сдана колода, поставлены ставки и начат бой. Давай поиграем! Сегодня, я - вода! Сегодня ты - жертва, и только мой. Давай поиграем! Будет опасно! Будет нескучно, и пули над головой! Давай поиграем, я знаю, как страстно, мучительно-жадно ты хочешь сыграть со мной...
Давай поиграем?

2010-11-28 в 14:50 

Ллиска
Лиса в яблоках))))
Черт, чуть чуть не успела))
Всему свое время.
Время встречать рассвет, время растянуться на диване, время пить кофе...
Время скуууучать...
Джим Мориарти, гениальный убийца, гениальный вор... убивает время и ворует чужие фразы.
На заставке сотового — череда сменяющихся фотографий — Шерлок склоняется над трупом, гуляет, обедает в одной из неприметных лондонских забегаловок, стоит у окна своей квартиры на Бейкер-стрит, веселый Холмс, серьезный Холмс, задумчивый... Шерлок смотрит прямо в объектив..и усмехается.
Флиртуем, Шерли? Детка, мы же оба знаем — папочка будет сверху... Снова, снова, и снова.
Тебе меня не поймать, мой милый детектив, пока я сам этого не захочу.
Кстати, это...заводит))) Пожалуй, сейчас не помешал бы холодный душ — за неимением чего-то...погорячее.
Черт.
Надо бы почистить телефону память, — на некоторых фотографиях Уотсон упорно попадает в кадр, вызывая раздражение и желание стереть его, как со снимков, так и из жизни.
Никакого холодного душа с этим Джоном Уотсоном не надо((
Но кто тогда будет вести тот самый блог, который так развлекает меня, да и что там говорить, частенько "делает мой день"?
Я вздыхаю, и думаю, что Джон — необходимое зло. Потом сам же смеюсь над получившейся шуткой.
ОК, Джонни-бой, твои пальцы держат твою жизнь, буквально. И пока они печатают что-то, что приходится мне по душе, они будут оставаться при тебе, а не служить запонками к моим очаровательным галстукам. Тем более, с этими галстуками гораздо лучше будет смотреться Шерлок...обнаженный, связанный ими Шерлок.
Ням-ням.
Лакомое наваждение, такое доступное и недоступное одновременно. Ну точно как фаст-фуд — не в смысле дешевизны, конечно, хотя я бы порекомендовал тебе другого стилиста, дорогой, — а в смысле сочетания заманчивого для желудка запаха и вкуса, и гарантированной язвы после такого питания. Ты — моя дурная привычка, Шерлок.
И ты отвлекаешь меня от работы в мой же законный выходной.
А если я не работаю, тебе тоже становится скууучно...
Так что, милый, прекращай улыбаться мне с экрана.
Шоу продолжается.

2010-11-28 в 16:09 

Я недосягаем для ваших дерзновенных аргументов и дедукций
ООС такой ООС, но это же драбблы, черт возьми:) Играюсь. Все подарки настоящие :)
«Давай поиграем?» — Джим уже выхватывает из рук Шерлока собственный подарок, раскрывая темно-синюю упаковку и вытаскивая большую и тяжелую темную доску из пластика. «Я подумал, что тебе должно понравится. Они в моем вкусе, так похожи на тебя. И на нашу игру».
«...Логические игры?»
«Не совсем, не совсем...» — качает головой, руки шарят по гладкой поверхности, находя тайную кнопку — фигуры, прячущиеся внутри шахматной доски, выезжают вперед — «Безумно стильные и сексуальные. И дорого мне стоили».
Взгляд скользнул по продолговатым и слегка волнистым, гладким фигурам.
«То есть я, как эти шахматы, могу возбудить только полного извращенца?»
«То есть не понравилось?» — Мориарти состроил нарочито обиженную гримасу. Замер.
И правда обиделся
«И как в это предполагается играть?»
«Оооо, сейчас я всё покажу, юная леди! — Джим тут же оживляется, подмигивая Шерлоку — «Главное — следи за руками и повторяй... Выбирай свои фигуры».

Мориарти лежит на его диване и курит, над головой у них всё гуще собирается облако дыма. У Миссис Хадсон есть пожарная тревога. Отключить. Но тело так расслаблено после торжественного опробования подарка, что пошевелиться совершенно невозможно. Пусть всё так и останется.
«Хочешь?» — игривый тон, над Шерлоком зависает сигарета. На затяжку
«Нет. Пластыри, ты же знаешь»
«О да, ты так принципиален, мой герой. Ох уже эти вредные зависимости, приходится исхитряться чтобы обойтись без них. Хорошо что я незаменим, правда, Шерли?»

Молчит. Шуршание
«С рождеством» — пакет ложится Мориарти на голый живот. Джим не может сдержать улыбку — он купил-таки.
Маленький фирменный пакет. Westwood.
«Не смог придумать что мне понравится?»
«Не смог устоять»
В руках у Джима что-то мохнатое, невнятного цвета, с фирменным ярлычком Вивьен Вествуд. Ужас, мелькнувший в глазах, сменяется весельем) Поворачиваешься к нему.
«Ролевые игры, Шерлок?»

Джим следит за тем, как ты вертишь в руках самую необычную фигуру, то захватываешь пальцами кольцо, то гладишь гладкую продолговатую форму, обхватывая ее рукой.
«Нравится королева?»
Этот — в следующий раз.

2010-11-28 в 16:34 

вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
поздно, ну и ладно. зато джон\джим^______^

Давай поиграем, — говорит Джим, вальяжно "проплывая" мимо в своих безумно дорогих туфлях и брюках без единой складочки.
Джон лежит на полу, связанный колючей проволокой, которая даже через его пуховик врезается при каждом вздохе, разрывая мягкую ткань; одна проволочина неприятно царапает щеку, когда он пытается повернуться.
— Ты больной? — Джон даже не испуган, он устал, и ему кажется, что после войны он попал прямиком в сумасшедший дом, полный неповзрослевших детей.
Мориарти вскидывает брови домиком и странно улыбается. Должно быть что-то в докторе Уотсоне, что отличает его от простых людей без мозга. Что мог найти в нем Шерлок; что он проглядел?
Джим кидает еще один быстрый взгляд на светлые взъерошенные волосы, скользит по сжатым в упрямую черточку губам.
Есть что-то непривычное и заманчивое в его уверенности и холодном спокойствии, в отношении ко всему происходящему как бы со стороны.
Джим подходит к лежащему на полу доктору и чуть наклоняется. Протягивает:
— Расскажи мне о войне, Джон. Я расскажу тебе, как я убивал.
Джон моргает несколько раз и насмешливо выдыхает:
— Сегодня я не настроен на басни.
— С каждого по истории, Джон, а когда они закончатся, приступим к одежде, м, как тебе, Джонни? — Мориарти встает, демонстративно отряхивается и заливисто смеется.
Рябь от воды бассейна отражается на потолке, стенах и их лицах, усиливая ощущение нереальности происходящего. У Джима зияющие черные дыры вместо глаз, и Джон едва в них не проваливается.
Вглядываясь в бледное лицо, он размышляет о том, чего ему не хватает, гениальному преступнику с идеальным прикрытием.
— Тебе одиноко, Джим? Когда плоды твоих трудов никто не ценит. Хочется похвалы и страха в глазах? Заведи себе своего блоггера.
На лице Мориарти тенью мелькает что-то похожее на злость, Джон Уотсон пытается сесть, ворочаясь на полу, как гусеница-переросток.
— Мне не нужна лесть, Джонни-бой, это так глупо и жалко.
Джон сглатывает, в горле невыразимо сухо.
— Тогда что тебе…
— Просто расскажи о гребаной войне, — ярость Джима вмиг спадает, голос тихий и даже какой-то усталый, он садится на скамейку в расслабленной позе и складывает руки домиком. Что-то в этом жесте, таком трогательном и до боли знакомом, заставляет Джона просто подчиниться.
И он рассказывает холодным голос диктора, Джон не тянет время, он просто исчезает, выпадает из реальности, перед глазами снова дождь из земли и красно-зеленое, кровь на военной форме.
У Джима очень хорошее воображение, так что они смотрят одно кино. У Мориарти в глазах ни жалость, ни азарт, в его голове не работают механизмы, и не щелкают мысли.
Джон не знает, зачем это ему, да и вряд ли поймет.
Скоро придет Шерлок, и он должен будет сказать «Не ожидал такого поворота?».
Прыжок из прошлого в будущее, а настоящее сейчас выпадает клоками.
Когда в конце рассказа Джим проводит кончиками пальцев по окаменевшему лицу Джона, тот вздрагивает и смотрит на него, как на инопланетянина.
Твой психотерапевт сосет, — тихо улыбается Джим и целует его в намокший лоб.
Внутри он улыбается еще сильнее, потому что в этот раз, перед привычной гримасой «ты псих», Джон на миг выглядел чуть более удивленным.
Через час придет Шерлок, и он должен будет повторить «Я смогу остановить Джона Уотсона. Остановить его сердце.»
Смотря очередной раз в пустые глазницы Мориарти и на его порозовевшие щеки, Джону на секунду кажется, что он только что выпил его эмоции.
Но он не отдаст ему свою душу, чего бы ему это ни стоило.
На балконе скучают снайперы, передавая друг другу жвачку.
Люди такие люди.

2010-11-28 в 17:44 

билли крэш
fuck it
не вычитывала, надеюсь, Джим простит мне некоторые ошибки, которые, наверняка, имеются

Этот - в следующий раз. Вытянутое лицо, острые, неприятные черты лица. По выходным - пьет, в браке - несчастлив.
от него пахнет загубленным талантом и застиранными рубашками, даже через глянец фотобумаги, и это так же отвратительно, как вонь разложения, так же отвратительно, как
Работает, не чтобы выжить, и не ради удовольствия, о, нет. Чтобы хоть в чем-то быть не хуже жены. Любовница - лишь дань лондонской моде, так же, как и любовь к разбавленному содовой пиву и походы на футбольные матчи.
истинные англичане давно вышли из тиража, и город стонет от боли, чувствуя как по его мостовым ходят эти британские янки, чувствовать это, слышать его крики, скоро это кончится, лондон давно нуждается в реинкарнации, этот чертов лондон
Ан-дер-сон.
Его зовут Андерсон. Это имя строгими буквами выбьют на камне, что будет стоять над его могилой. Его найдут, этого парня, найдут его тело. Интересно, захочет ли жена хоронить его в закрытом гробу? Или просто отправит в крематорий?
нет ничего, что могло бы удивить эту чертову изысканную публику, вспоротые животы, вырванные с корнем глаза, все это видели, не ново, в наш век информационных технологий, до тех пор, пока это не сделают с ними самими, под наркотиком, в сто раз усиливающим мощность боли, до тех пор, пока
Его смерть всколыхнет лондонскую прессу. Наверное, они придумают что-то романтичное. Мститель, разрушающий коррумпированную полицию Лондона изнутри. Или же просто, маньяк, ищущий справедливости. С погибшей женой - детьми, матерью - по вине полицаев погибшую, конечно. А может, какая-нибудь захудалая газетенка назовет его новым Джеком-Потрошителем и прославится на весь город тем, что, смакуя подробности, будет описывать каждое убийство до последней мелочи.
И этот парень, с глазами серыми и безжизненными, который живет от смерти до смерти, радостно хватая каждую подачку, станет знаменитым, его - когда-нибудь - начнут узнавать на улицах. Когда он перерастет свою нужность.
их, латентных маньяков, слишком много для этого маленького, перегруженного несчастьями мира, слышишь, как воет за стеной твоя соседка, бьет по стене кулаками, знаешь, чего она хочет, знаешь, о чем думает, знаешь, что таких, на грани забитых - миллионы, и пробудить их животное начало до смешного легко, и до смешного противно уничтожать их одного за другим, когда запах смерти и чужой крови слишком въестся в их дрожащие руки, слишком въестся
От него уже начинает нести прерванными и до безумия ненужными жизнями, он кидается в белые стены своей комнаты под бешенные ритмы тяжелого металла и остервенело орет, понимая, что еще немного и из него полезет наружу эта чужая бесполезность, и зная, что сегодня его снова выпустят на улицы Лондона, зная, что все это слишком завязло в нем, чтобы он мог освободиться.
В соседней комнате, где холодно, как на Северном Полюсе, остывает тело сержанта Салли Донован.
Через несколько минут Джим позвонит по номеру Андерсона и запустит запись кричащей от боли Донован. Забери меня, скажет она. Забери меня отсюда. Из динамиков ее простенького телефона-раскладушки донесется голос перепуганного Андерсона. Он найдет этот дом по ее телефону. Найдет ее тело. И через несколько минут будет растерзан ручным монстром Джима Мориарти.
стена заклеена фотографиями - владелец кафе, домоправительница, работница морга, таксист, бывший заключенный, химик из госпиталя Бартс, инспектор полиции, бывший военный врач, всеми, у кого на сердце клеймом выжжено имя "Шерлока", он уничтожит их всех, одного за другим.
Чтобы потом самому быть уничтоженным.
На экране мобильника одна за другой загораются цифры.
Пора.

2010-11-28 в 18:20 

Queen_of_Medicine
I come with knives and agony to love you ©
что-то получилось,но не знаю что..

Пора - говоришь ты себе, берешь со стола свой Blackberry и набираешь одиннадцать цифр, написанных на клочке бумаги, что лежит в твоей руке.
- Привет.
И молчание. Ты не знаешь,что ему сказать. Просто не представляешь.
- Привет.
- Вы..ты оставил свой номер в лаборатории. Ведь мне же? Мне. Не Молли, которая уже выучила эту нехитрую комбинацию цифр. Ни тем более Джону.
Вторую часть фразы ты так и не скажешь вслух. Не нужно. Это лишнее.
- Да.
У него другой голос. Серьезный. Ни следа того флиртующего тона, изображающего смущение и застенчивость.
И молчание. Он ждет. Ведь это ты ему позвонил.
- Зачем тебе Молли?
В лоб, без обиняков, в обход элементарных правил такта - ты не умеешь по-другому. Мог бы. Но не видишь смысла. Ты мало в чем видишь смысл. Но всегда видишь причину.
- Зачем тебе Джон?
- Мы напарники.
- Мы тоже. Что-то вроде этого.
Ревность? Нет. Желание владеть. Безраздельно. "Безраздельно" значит "не делить ни с кем".
Пауза. Всего пара секунд.
- Ты еще в лаборатории?
Он решил.
- Да.
- Я сейчас приду.
Скрип двери. Он заходит. Как несколько часов назад. Ты не смотришь в его сторону - взгляд прямо перед собой, пальцы постукивают по поверхности стола. Волнение.
Он подходит к тебе. Penhaligon's Endymion - мускатный орех и мирра, нанесены с утра, не подделка.
- Молли. Ты должен был встретиться с ней в Fox в шесть.
Не вопрос. Констатация факта. Между ними ничего нет. Молли хотела заставить тебя приревновать - бесполезная попытка. Хотела показать, что у нее могут быть отношения. Что у нее может быть кто-то помимо трупов в лаборатории.
- Ты и так все понял. Смысл говорить об этом?
Теплая ладонь накрывает твои пальцы. Губы проводят дорожку от мочки уха до воротника твоей рубашки. Темные короткие волосы касаются твоей щеки. Ты поворачиваешься к нему и смотришь в его глаза. Очередная решенная головоломка. В этот раз совсем простая.
Он ждет.
Ты касаешься губами его щеки. Richmond, примерно час назад. Курит, но не очень часто. Значит, причина - волнение.
Поток мыслей в твоей голове прерывают его пальцы, очерчивающие контур твоих губ.
Ты отводишь его ладонь от своего лица и целуешь в губы.
Он ждал именно этого.

Вы выходите из лаборатории. Он достает из кармана пачку Richmond и закуривает.
Ты был прав.
Ты смотришь в небо, сжимая его ладонь в своей.
Лондон погружается в вечернюю мглу.

2010-11-28 в 19:05 

Assassin hippie trash (c)
Смысла ноль, но влезаю со своими пятью копейками.

Лондон погружается в вечернюю мглу, гаснет экран ноутбука, и без его синеватого света в кабинете становится совсем сумрачно. Джим потирает руки и улыбается. «Бассейн. Полночь.» Как романтично, Господи прости! Оттолкнувшись ногой от пола, Мориарти развернул офисное кресло, поворачиваясь к своему гостю.
- Ну что ж, доктор, у нас еще есть немного времени перед свиданием с вашим соседом.
Джон Ватсон сидит в кресле напротив между двумя амбалами, молчаливо замершими по бокам от него и выглядит так, будто совсем не в восторге от открывшейся перспективы.
- Ну, как вам живется с нашим гениальным сыщиком? – уточняет Джим.
- С «нашим» гениальным сыщиком?
- Ой, да ладно, не будьте таким ревнивым.
- Зачем вы все это делаете? Я не понимаю, зачем, – свет не зажжен, и в кабинете все еще довольно темно, но по движениям доктора он четко представляет сейчас выражение его лица. Он видит, как Джон пожимает плечом, замечает блеск его глаз. Рассказы о том, что «блеск глаз» может выдавать какие-то сильные эмоции – не более, чем красивая сказка. Ватсон широко распахнул глаза и с интересом всматривается в своего собеседника – только и всего. Но ему не рассмотреть его лица – на фоне вечернего Лондонского неба виден только силуэт. Хотя самому Джиму кажется, что его глаза сейчас самым глупым поэтичным образом «блестят» от предвкушения встречи с Шерлоком, от той гаммы эмоций, которая, не смотря на его попытки держать себя в руках, отразится на его лице, когда на сцене один за другим начнут появляться персонажи из срежиссированного Джимом спектакля.
- И не поймете, доктор. Боюсь, вы не поймете. Даже если я начну вам объяснять, вы станете строить какие-то теории, более приемлемые вашему пониманию мира. Не знаю, про мои психологические проблемы, например. Вы еще не поставили мне диагноз? Нет? Жаль, вряд ли вам представится другая возможность. Словом, если кто и способен меня понять, то это наш общий друг, к которому мы скоро отправимся. Вам заказан билет в первый ряд, не переживайте. Правила игры, я думаю, вам известны. Взрывчатка, микрофон, говорить советую только то, что я скажу – всё как обычно, вы же помните, не нужно вас инструктировать так же подробно, как остальных идиотов?
- Еще одна загадка? – голос доктора звучит твердо, но с каким-то упреком и утомлением. Нет, однозначно, не понимает.
- О да, загадка. Скорее, эксперимент. Увидите, доктор, - Джим вскакивает с кресла и, на ходу поправляя манжеты пиджака, направляется мимо Ватсона к двери. – Идёмте, доктор. Негоже заставлять гения ждать.

2010-11-28 в 19:40 

вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
ООС, АУ, романс, но что-то захотелось разбавить ангст*_*

Негоже заставлять гения ждать, — фыркает Шерлок, выдыхая облачко пара и натягивая кожаные перчатки на замерзшие руки.
Ему не обязательно поворачиваться, чтобы знать — Джим стоит у него прямо за спиной, возможно, улыбается, возможно, его щеки чуть порозовели от бега, о боже, пусть он будет без этого вульгарного букета…
Шерлок не поворачивается, прослеживая боковым зрением шаги своего оппонента, пока тот не подходит совсем близко и не кладет осторожные пальцы на его плечи, укрытые неизменным пальто.
— Надо было усмирить парочку зарвавшихся… впрочем, не важно. Сегодня ты мой на целый вечер, помнишь наш спор?
— Спор, как глупо, - Шерлок едва успевает сдержать рвущиеся вверх уголки губ.
— Джонни-бой не прячется где-то в кустах с гранатой? — Джим насмешливо приподымает бровь, оглядывая оживленную улицу. Рождественские огонечки отражаются от окон, снежинок, глаз прохожих и наполняют тихую ночь светом.
Шерлок резко дергает Джима на себя и обхватывает за талию:
— Хватит болтовни.
Джим смеется сдавленно, как будто вспоминая, как это делается, будто он долгое время был железным дровосеком, заржавевшим и без шанса на сердце.
Они идут вперед, и люди проходят мимо, не зная, что на это рождество Санта сделал им самый большой подарок за всю историю — два опаснейших психа были целиком и полностью обезврежены на целый вечер, занятые самыми удивительными загадками в их жизни — друг другом.
Сегодня они будут просто двумя людьми, в меру сумасшедшими и пьяными, чтобы завтра проснуться, один от звонка полиции, второй от острой жажды и с болью в голове — беспамятством.
И один снова будет расследовать и заметать следы собственного безумия, а другой идти по его следам.
Все это будет завтра. Но сейчас, когда Шерлок будто бы случайно прижимает Джима чуть ближе к себе, луна подпрыгивает и тонет в снежных тучах, как и его сердце.
О да, у него есть сердце.

2010-11-28 в 20:53 

билли крэш
fuck it
О да, у него есть сердце. По крайней мере, ему нравится так думать. Маленькое, бьющееся сердце. Стоит каким-нибудь экзотическим экспонатом в лондонской кунсткамере. В стеклянном резервуаре, наполненном формалином. И бьется. Бах-бах. Бах-бах.
"Вы спрашиваете, как оно может существовать отдельно от тела? Лучшие ученые мира бились над этой загадкой и не преуспели. А вы думаете, что ответ преподнесут вам на блюдечке. Оно бы потеряло свою ценность, если бы кто-то нашел разгадку, не правда ли?"
"Оно не только бьется, но и с разной частотой. Есть предположение, что это зависит от изменения природных условий или, например, каких-то особенных вспышек на солнце. Что? Вы шутите? Нет, существование человека без сердца совершенно абсурдно. Хозяин этого сердца либо мертв, либо его не существует в природе. Это так же верно, как и то, что Земля вертится вокруг солнца."
"Как долго? Уже тридцать четыре года. Как часы. И еще столько же пробьется, попомните мои слова."
Его, например, вырезали при рождении. За ненужностью. Матери оно причинило слишком много боли, и она решила избавить его от него, пока не стало слишком поздно. А, может, это просто следствие какого-то эксперимента ирландских ученых.
Или, например, сердце его в утке, а утка - в зайце, заяц - в сундуке, а сундук тот - на дереве. Лежит себе, и горя не знает, правда, всегда найдется какой-то дурак, который захочет узнать, что внутри.
А дерево то - на дне моря, а? Нет, нелепо, даже самый сказочный заяц задохнулся бы от недостатка кислорода, или бы его просто расплющило давлением.
Сердце - в банке из-под печенья. Сердце - под матрацом. Сердце - в сейфе в одном британском банке. Глупо, глупо, глупо.
Тогда - его вообще нет. Есть же люди без глаз, ног, рук, печени или почки. А у него вот - сердца. Нет. Совсем. Да, порой причиняет некоторые неудобства, но, в целом, достоинства перевешивают недостатки. Например, оно никогда не сможет остановиться. И никто не сможет его остановить. Ничто не заставит его учащенно биться, и ничто не сможет разбить - какое нелепое слово, разбивают вазы и чужие жизни, а сердце - это орган, сердце - это физическое, и оно бьется, перегоняет кровь, нет, совсем без сердца - это противоречит любой логике.
Но если, забывшись, прижать ладонь к шее, вискам, груди, или же просто застыть в непонятном молчании - и ногти царапают по коже в бессильной ярости.
Стучит. Бьется.
И это - больнее.

2010-11-29 в 20:35 

вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
— … и это больнее. Когда он смотрит своими невинными чистыми глазами и улыбается мне нежно, а я чувствую себя дурой, набитой идиоткой, которая отчаянно цепляется за правдоподобные факты и так хочет верить... Неужели я и вправду такая дура? — Молли делает еще одну затяжку, нервно накручивая на палец телефонный провод. — Я же понимаю, что он врет, как и то, что тепло в его глазах — отблески адского пламени, но я глотаю колючую ложь и улыбаюсь улыбкой преданного зрителя, умираю внутри, умираю… Насколько хватит его, насколько хватит меня? Мне даже уже не больно, мне страшно. Ведь если я не могу доверять моему Джиму, кому вообще тогда можно верить? Единственный человек, который был настолько добр ко мне, оказался всего лишь иллюзией, пустышкой? Я вся в его мягких речах, как в формалине, вот только я живая. Как же мне больно...
В трубке дыхание. Трясущимися руками нажать сброс и перед этим прошептать:
— Простите, надо было выговориться. Я… набрала ваш номер наугад.
На другом конце провода человек, едва сдерживая смех, проводит рукой по волосам, смахивая остатки застрявших стекол и капли крови.
— Да что ты знаешь о боли. Что ты можешь знать о боли…

2010-11-29 в 21:04 

Я недосягаем для ваших дерзновенных аргументов и дедукций
Не умею писать :( Но пейринг юного Мориарти выжрал мне мозг X)))

Что ты можешь знать о боли... Пробовал ли ты протянуть ему телефон, «это твой папа», ни в чем ни бывало выйти из комнаты, не оглянувшись назад. Побежать. Почувствовать за своей спиной жаркое дыхание взрыва. Эйфорию. И ужас.

«Злополучный телефон был обычной моделью «Мотороллы» небольшого размера и помещался в кармане брюк. В этом аппарате было спрятано 50 г. чешской пластиковой взрывчатки «Семтекс». Устройство было приведено в действие электронным сигналом, переданным с бесшумно парившего на высоте 600 м беспилотного летательного аппарата. То, что в небе в тот день бесшумно парил самолет, подтвердили соседи Осамы».
«Он жил бомбами и умер от бомбы»

Сидеть в другой квартире, не зная, чем себя теперь можно занять. Перебирать общие воспоминания. Как он только решился притащиться в твою квартирку, в самом грязном и убогом районе Сектора Газа, прямо под носом у израильского КПП. «Я ничего не гарантирую, слышишь?» «Мне всё равно. Я устал и остаюсь».
Он и правда выглядит ужасно изможденным, сколько месяцев они не виделись? Паранойя не оставляла его ни на секунду нигде. Кроме этого дома.
«Джим, мы будем проверять всё снова и снова, понял? Ты знаешь, как они это делают. Я не хочу умереть так нелепо, столько всего не сделано, ты знаешь»
Впитывать в себя все его знания и идеи, все его удачи и ошибки, вплоть до самой смерти. Никогда не оставляй улик, связывайся только сам. Смертники — это удобно.

Ты умер от того, что был слишком хорош. Ты умер от того, что слишком гордился мной. От того, что доверял мне.

Юность так импульсивна. Первый заказ на консультацию, первая любовь, всё кажется таким скоротечным, нужно ловить-ловить-ловить момент. Нужно делать карьеру, когда ещё предоставится такая возможность? Нужно мыслить как бизнесмен. Ничего личного, это бизнес.

Википедия напишет: Яхие Аяш, Один из основателей и лидер «Бригад Изз ад-Дин аль-Кассам» (1992—1996); главный эксперт Хамас по изготовлению взрывных устройств; Убит в результате взрыва заминированного сотового телефона 6 января 1996 (29 лет).
Как нелепо звучит, ты был прав. Но смерть всегда нелепа, мой дорогой. Уродлива, отвратительна и естественна. Ты был прав, когда заставлял их лежать в гробу, ощущая ее, любя её. Только её.

Как будто ты изменил мне с ней и бросил меня, а я остался один.
Как будто я всё время пытаюсь доказать, что я лучше её и что всё было не зря: смотри кем я стал, смотри что я могу. Моим именем никогда не назовут улицу, про меня не пишут в интернете, зато я никогда не закончу как ты. Никогда. Никто. Героев не существует и не надо было делать из меня героя. Я предупреждал.

Так что запомни на будущее, секси. Только дураки учатся на своих ошибках. Тебе может это пригодиться.

2010-11-29 в 22:07 

T*Sel
"Терпи, вулканец, Колинара достигнешь!" (с) Иммернот
Не успела и тут явно меньше 300-т слов, но что выросло - то выросло. Делюсь, жду общественного мнения:)

-Что ты можешь знать о боли?- спрашивает Джон пустоту вокруг него.
Руки и ноги крепко связаны - пошевелиться невозможно. Джону невыносимо жарко. На глазах повязка из мягкой ткани. Всё что ему сейчас позволено - говорить. Хоть как то замерить время до… До чего-то.
-А что о ней знаешь ты?
Приглушенный голос из наушника струится прямо в мозг, своими интонациями взрывая болью ногу, плечо и даже палец, который Джон ломал в детстве.
- Ты ведь успел забыть, что такое боль, Джон? Ты бросил её, как бросают надоевшую подружку. Бросил ради него. Как несправедливо.
Тихие шаги останавливаются рядом. Уверенные руки прикасаются к нему, поправляя...
-Ты сделал правильный вывод,- голос звучит уже не из наушника, но от этого его воздействие, ни сколько не снижается.
Джон оценивает собранность человека, манипулирующего с взрывчаткой на нем.
- Я знаю, что ты можешь оценить,- в голосе неизвестного слышна усмешка.- Тебе нравится, правда, доктор.
Нет, Джону совсем не нравится быть манекеном, демонстрирующим последнюю модель «пояса шахида». Но помимо его желания в кровь уже начал поступать адреналин и боль постепенно отступает.
-Вот так, последний штрих.
Руки и ноги свободны, но пока еще не слушаются Джона.
-Будь умницей, доктор,- и шаги опять удаляются.
У Джона есть несколько минут, чтобы растереть затекшие конечности:
-Осторожнее, Джон! Все не должно закончиться раньше времени,- вкладывает шепот в его голову.
Он знает, он должен дождаться. Шерлока.

2010-11-29 в 22:08 

шоггот на крыше
i'll hug your mum
Кому-то не хватало Майкрофта? Здесь его достаточно - в отличие от обоснуя

- Тебе может это пригодиться.
Список последних дел Шерлока. Джим поднимает на Майкрофта насмешливый взгляд.
- Ну на-адо же. Какая щедрость, мистер Холмс.
Он воспользовался предложенным стулом, чего Майкрофт не ожидал, и теперь сидит на нем, расслабленно откинувшись на спинку. Майкрофт вообще многого не ожидал до своей встречи с Мориарти. Впрочем, пока эти сюрпризы не мешают его планам, он даже рад - в конце концов, он потратил множество усилий, организовывая эту встречу, именно для того, чтобы собрать больше данных.
Джим беззаботно улыбается, а Макрофт с трудом удерживается от того чтобы не прищуриться, следуя схеме "общий план-детали-общий план". Все просто - сперва рассмотреть объект в целом, получить обобщенное представление. Потом обратить внимание на детали - любые детали, все детали, важнейшие детали. И, наконец, изучить их совокупность. Майкрофт слегка поглаживает ручку зонтика большим пальцем. Мориарти оказался не самым простым объектом изучения. Впрочем, на этот счет он и не заблуждался.
Издалека Джим не кажется сложным. Просто аккуратная выразительная игрушка, которая много о себе думает. Если бы Майкрофт был чуть менее внимателен, он мог упустить его, просмотреть. Возможно, ему просто повезло. "Родиться таким умным" - самодовольно додумывает он. Иногда нужно позволять себе хвалить - себя. С другой стороны, этим можно заняться и позже.
- Просто не давай ему скучать.
Морарти усмехается. Широко, самонадеянно.
- Как бы мне самому не заскучать.
Здесь каждый набивает себе цену. Каждый убеждает другого в своей полезности, в своей исключительности, в своей необходимости. Майкрофту кажется, что в его руках удочка, и он выбирает наживку. Мотылек - для леща, кузнечик - для плотвы, муха - для верховодки.
- Ты уже в нем заинтересован. Но я не уверен, будет ли он интересоваться тобой.
Теперь он позволяет себе вежливую улыбку, старательно не допуская в нее ни тени насмешки - это ни к чему. Мориарти достаточно умный собеседник. Что, кстати, очень и очень приятно.
- Именно поэтому вы не собираетесь мне платить, мистер Холмс?
Действительно, очень умный. Однако, если бы причина была только в этом, Майкрофт был бы не против рискнуть. Но дело куда менее законно, чем он может себе позволить. Даже то участие, на которое он идет – уже опасно.
- В том числе, - отвечает Майкрофт. - И если еще раз мне попадешься, отправишься в тюрьму.
Майкрофт выслушивает самоуверенное "не попадусь" и старательно удерживает невозмутимое выражение лица, не давая Джиму заметить свое удовлетворение и облегчение. Какая удача, какая удача. Его совесть спокойна - настолько, насколько она может быть. А Шерлок будет не спокоен - настолько, насколько ему стоит быть.
И все это совершенно бесплатно.

2010-11-29 в 22:23 

Ллиска
Лиса в яблоках))))
черт, я снова не успела - слишком долго редактирую)))) Кто заказывал горячего Джима?)

"Тебе это может пригодится", думал я, захватывая с собой наручники, и - вуа-ля! - так оно и вышло! Вы просто созданы друг для друга...
О, не смотри на меня таким взглядом, Шерли. Не сейчас... Я всегда стараюсь не торопить события на первом свидании.
А, к черту все эти сантименты.
Шерлок, детка, ты меня волнуешь. А когда пытаешься освободится, особенно, так что лучше перестань ради собственной безопасности. Поверь, я знаю, о чем говорю))
Конечно, трахать друг другу мозги — это здорово, не понимаю, почему весь остальной мир не испытывает от этого оргазма, но...Милый, давай-ка я покажу тебе еще кое что....
Что? Гей? Да брось, Шерлок, какой из меня гей, я же тебе уже говорил)))
Я просто люблю новые ощущения...Вот, ощущаю тебя сейчас, и мне тааак как хорошо...
Шерлок, не будь занудой, я знаю, ты тоже любишь новые ощущения.
Что значит «не заинтересован»? Ну, может, сверху ты и не заинтересован, но снизу...Ах, ну да, конечно, это браунинг, только браунинг.
У горячего парня и браунинг горячий.
Черт, Шерли, не смотри на меня, как на змея-искусителя. Это ТЫ меня искушаешь.
Ты же знаешь, что будет, если я нажму вот на эту точку? Конечно, знаешь, мой дорогой экспериментатор.
Ой-ой. Кажется, тебе было чуточку больно.
Я бы мог сказать, что я этого не хотел, но гению не к лицу врать по пустякам, верно?
Прости, Шерлок, дружище, ну хочешь, я поцелую тебя там, и все перестанет?
Я не со злости, я для привлечения внимания. Мне показалось, ты немного отвлекся.
Уотсон? Какой еще Уотсон?
Ох, я и забыл про него. Наверное, летит в участок за помощью.
Да какая разница, каким именно образом летит. Ты придира, Шерлок, и словоблуд.
Хм... Мне нравится, как это звучит)))
Связанный и упакованный, в машине, конечно, он же не твой братец, чтобы парить на зонтике. Целиком упакованный, не по частям, не дергайся, Шерлок, мои люди не сделают ему слишком больно. Я же не садист, я не издеваюсь над домашними животными.
Минут через 20 его выкинут у полицейского участка, минут 5 ему хватит на то, чтобы отдышаться, и еще минут 15 у полиции уйдет на обратную дорогу, со всеми этими сиренами и мигалками.
Я знаю, ты любишь экстрим, Шерлок...
У нас целых 40 минут в запасе.
Тебе ведь тоже интересно узнать, ЧТО я успею сделать с тобой за 40 минут, верно?
Так что, это не конец истории, милый, даже не надейся.
Все только начинается.

2010-11-29 в 23:05 

билли крэш
fuck it
внезапно пропал драббл с последней фразой. Британское правительство пошаливает? )

И все это совершенно бесплатно, ребят! Да не гоню, там один чувак стоит на входе и задает вопросы, ну, типа, у которого и маньяков была мания впаривать себе в вену чужую кровь. Чейз, братишка, его звали Чейз, а не Чейд. Ну, короче, если ты в курсе, знаешь ответ, то проходишь без вопросов. По официалу это все проходит как анатомический театр, но были бы вы внутри, парни, я столько кровищи ни разу в жизни не видел, муляж, конечно, Барри, кто бы тебе по реалу выставил туда оторванные ноги и распиленных пополам фагов? Да дослушай ты, идиот, выглядит просто до жути натуралистично, не знал бы, что муляж, по-любому бы повелся.
Короче, изнутри как огромный бункер. Холодно, как в морге, и пахнет - реально - трупами и разложением. И еще ладаном. Минут через десять мне реально проблеваться хотелось, от одного этого запаха. Так вот, там до хрена коридоров и никакой карты, знаешь, как в Думе, и все в дверях, открываешь - там труп, ну, или часть трупа. И ты ходишь там один, по этому лабиринту, заглядываешь за двери, потому что иначе хрен выберешься, а так смотришь, о, эту отрубленную голову я уже видел, значит, направо, или вот, девочка, мертвая, глаза - выжжены, а в остальном - целая, значит, налево. О, а в одной комнате, короче, парень сидел, Джим, ну мы с ним поговорили немного, он мне рассказал, как это все делалось, он там главный, охрененный мужик, честное слово, это же каким долбанутым надо быть, парни, чтобы это все сделать, но он, натурально, гений, никто еще до этого не додумывался. Приводи, говорит, друзей, вижу, тебе это интересно, покажу мастерскую.
Там, говорит, у меня целая армия умельцев работает, собирал со всего света.
Чуваки, клянусь, вы такого в жизни не видели, вам должно понравиться.
Они закрываются в девять, а тут квартала два бежать, о, ну не пори чушь, Джей, правда думаешь что я не смог бы отличить настоящий труп от поддельного? Да и к тому же, неужели ты думаешь, что кто-то смог бы развернуть такое под носом у Скотланд-Ярда? Ты перечитал ужастиков, брат, о, боже, ну и ну вас нахрен, пойду один.
Идиоты.

из той мастерской не возвращаются, чуваки, он показал мне, все показал, мои руки по локоть в крови, может, когда-нибудь, вы увидите меня, я не знаю, тех, кто плохо работает, он отправляет в комнаты, я не хочу туда, господи, я не хочу
я хорошо работаю
здесь пахнет трупами и ладаном

Барри?
передай привет маме.
буду поздно.

2010-11-30 в 00:00 

вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
какая-то аушка лестрадомайкрофтовская, внезапно.
пройдемся уже по всем пейрингам, что ли)


«Буду поздно», инспектор Лестрад машинально отправляет сообщение, скользя пальцами по стертым кнопкам мобильника. Его дома кто-то ждет — непривычно; его ждет ночь в засаде у старого особняка — привычно, и так чертовски хорошо, что опасно.
Потому что он не знает, что делать со своей несвободой.
«Буду поздно», а в голове мелькает мысль, что если операция сорвется, — очередная внеплановая операция поимки Джима Мориарти, и Шерлоку велели не вмешиваться, — всего на мгновение стоит ошибиться, помедлить или поспешить, и чуткие снайперские пушки горячо поцелуют в висок красным лазером.
Он едва ли знает, что делать со своей свободой, о чем вообще речь. Иначе сейчас бы он доучивался в университете на историка, сидел бы в музее, занимался бумажной работой, может быть, даже вел лекции, ездил со студентами на практику на раскопки в Рим или Египет, возможно тамошнее солнце разогрело бы его ледяные сейчас руки.
Он бы не поседел так рано, не признался Майкрофту так поздно, и еще миллионы вариаций-вариантов для параллельных вселенных.
Но его, черт дери, тянет, неумолимо тянет за уши врожденное упорство, долг, а еще капельку азарт, в котором себе-то можно признаться.
Он подает знак рукой офицеру, и несколько полицейских муравьиной стайкой продвигаются к массивным дверям особняка.
На небе ни звездочки, в пачке «Мальборо» ни сигареты.
Спокойно, холодно и еще немного ноет в животе.
«Буду поздно», читает Майкрофт две идентичные sms. Одна от братца, а вторая от чертового героя местного разлива.
Его брови ничуть не удивленно взлетают вверх.
Ждать кого-то дома — непривычно.
Он бы не знал, что с этим делать.

2010-11-30 в 17:27 

SadBatTrue
итак, полночный бред эм, я в общем ни к селу ни к городу тут получаюсь, так как, увы, ночью доступа к компьютеру не имею, и потому выкладываюсь сейчас.
и ещё кое-что. тут две части - рефлексия и основное действие. словесный лимит слегка превышен. "нейтральная фраза" в конце смотрелась странно, поэтому я её убрала >_< сейчас-то всё равно уже


Это – больнее. Намного больнее, чем быть взорванным в той или иной степени. (Джим отстранённо рассматривает ожоги на руках, кажется, их рисунок навсегда въелся в его память) Пошатнувшаяся самоуверенность заставляет всё внутри корчиться в агонии посильнее предсмертной. Болит не сердце, не душа. Впервые за много лет болит гордость. Горечь поражения не даёт спать, и её привкус чувствуется даже после десятка выпитых чашек кофе и такого же количества выкуренных сигарет.

Да, он выжил, да, он снова всё просчитал. Всё, кроме мать-его-Шерлока. Что это ещё за благородные выходки? Решил пасть смертью храбрых? «Они сошлись в смертельной схватке, и, за неимением альтернатив, рыцарь-детектив решил погибнуть вместе с врагом». Чушь какая.

Как глупо было бы умереть вот так, когда ещё не все карты раскрыты, когда по-настоящему высокие ставки не были сделаны. Но в чём же он ошибся? Не нужно было возвращаться после такого эффектного ухода, тем более, что последнее слово всё равно осталось за ним? Или нужно было самому назначить встречу, выбрав другое, более подходящее место? Не похищать Джона? Не нанимать этих дурацких снайперов? ЧТО?! (Сигарета, сжатая в руке, обжигает ладонь, Джим тихо ругается)
Что означает проигрыш? Потерю навыка? Нет. Односторонний опыт? Это уже ближе. Нечто новенькое? О, да.

Сейчас нужно наблюдать. Полученной раннее информации оказалось недостаточно, следовательно, требуется больше данных. Пусть птенчики пока успокоят нервы. Залижут раны. («Птенчики?» - Джим хмыкает, заваривая крепкий кофе и отмечая, что надо бы купить ещё и чего-нибудь менее жидкого и более калорийного) А он придумает новые правила для новой игры. Более жёсткие, более… забавные.
***

Джим вернулся к ноутбуку. Итак, чем сегодня его разочарует мир? Куча свежих писем с пометкой «Help!» отвлекла его от новостей политики.
«Дорогой Джим, мой начальник меня достал…» Людей с ЧСВ всегда кто-то достаёт. Удалить.
«Дорогой Джим, у меня ужасная проблема. Мне нужно скрыться…» Езжай в Шотландию, становись волынщиком. Продул деньги, в трубку дуть научишься. Удалить.
«Дорогой Джим, помоги устранить соперницу…» А венец безбрачия с тебя не снять? Удалить.
«Дорогой Джим, развлеки, пожалуйста, моего соседа…» Ага, он теперь ещё и массовик-затейник. Удал…

Стоп.

Джим подавился кофе. Снова открыл письмо и посмотрел на подпись. Так и есть, Джон Уотсон. Джим привычным движением оттолкнулся от стола, подъехал к монитору, на котором две камеры показывали происходящее в квартире 221В на Бейкер-стрит. Уже две, в третью Шерлок на днях совершенно случайно выстрелил, по традиции превращая стены в решето. В гостиной стояла лёгкая задымлённость. Доктор как раз закрыл ноутбук и со страдальческим видом направился на кухню, где видимость была вообще нулевая. Детектив по-прежнему бесился со скуки…
Теперь понятным стал недавний звонок Джона Майкрофту Холмсу, и их последующая встреча.
Джим почувствовал, как губы растянулись в улыбке. Питомец заботится о хозяине, как трогательно. А, впрочем, несчастного доктора можно понять.
В голове Джима уже почти созрел текст ответа. Он ведь не может не откликнуться на этот крик души, верно?

2010-11-30 в 20:44 

Ллиска
Лиса в яблоках))))
если можно по всем проехаться, я тоже хочу))))

Он бы не знал, что с этим делать , если бы это уже когда-то не происходило в его жизни.
Когда-то давно, еще до трости и кошмаров по ночам.
Можно сказать, происходило в другой жизни.
Имя стерлось из памяти, то ли по какой то прихоти сознания, то ли из-за инстинкта самосохранения. Остались только неясные воспоминания о выходных, которые так приятно разделить на двоих, счастливом смехе, о нежности и боли, и о неизбежном расставании.
А потом он уехал из Лондона, чтобы снова вернуться совершенно другим человеком.
Джон любил Лондон всегда, с первого мгновения, как осознал себя его частью, и не смог бы жить нигде больше. Но, когда он вернулся с войны, даже любимый город потерял свои краски. Все стало...другим. Вроде бы, ничего особо не изменилось, но родные прежде улицы стали просто нагромождением автомобильных дорог и каменных коробок. Небо, и то выцвело, словно смог втянул в себя весь синий цвет.
Ему уже так надоело, что сэндвичи по вкусу напоминают картон, а телефон звонит лишь тогда, когда он сам нажимает на клавиши... Надоело до такой степени, что однажды он задумался, а что, если...
И в этот момент он встретил его.
Интерес, который вызвал в нем этот человек, нельзя было объяснить с помощью логики. Доверие, которое он почувствовал к незнакомцу с первых же небрежно брошенных им фраз, и вовсе не поддавалось никакому объяснению.
Все рядом с ним становилось ярким и многогранным; нет, он сам словно раскрашивал все вокруг одним только своим присутствием.
Джону впервые за много лет не хотелось искать объяснений.
Он больше не хотел сидеть на кровати, рассматривая пистолет, будто тот был ответом на все вопросы.
В кои то веки Джон обогнал своего соседа, сделав вывод первым.
Он вспомнил.
И когда Мориарти захлопнул за собой дверь, оставив их с Шерлоком, растерянных, но невредимых, у бассейна, Джон уже знал, что он будет делать с этим воспоминанием.
Он только что видел в глазах Шерлока ответ.
Все остальное было уже неважно.

2010-12-01 в 14:41 

Lucifer is my pet
SadBatTrue
и вновь бассейн))

Всё остальное было уже не важно. Джон смотрел то на Шерлока, то на пистолет в его руке. Красные точки плясали на груди друга, периодически съезжая на ноги или лоб. Какие нервные снайперы...
Уотсон нахмурился, глядя на совершенно спокойное лицо Мориарти. Какого чёрта он выглядит так, словно… словно сейчас ничего не произойдёт.
И почему никто до сих пор не выстрелил в них? Почему никто не выстрелил сразу после того, как Шерлок прицелился в бомбу? Бомбу…
У Джона перед глазами промелькнули эпизод его похищения и короткая, не несущая почти никакой смысловой нагрузки, словно его не воспринимали всерьёз, беседа с Мориарти. Что-то тут было не так.

- Шерлок, - тихо позвал он. Тот не шелохнулся, даже бровью не повёл. – Шерлок, опусти пистолет.
Это сработало. Детектив скосил на него глаза, вопросительно вскинув брови. Джон осторожно поднялся, мельком глянув на точку, рисовавшую на рубашке одной ей известный узор. Никто не выстрелил.
- Опусти пистолет, - повторил доктор. – Он блефует.
Холмс окинул помещение цепким взглядом, хмыкнул и опустил руку.
Джон встал рядом с ним. Глаза Джима, до этого неотрывно следившие за действиями Шерлока, теперь прожигали его. Преступник-консультант молча склонил голову набок.
- Никто не держит винтовку, иначе она бы уже выстрелила, - произнёс Холмс.
Мориарти заулыбался, склонил голову. Потом снова принялся рассматривать Джона.
- Браво, доктор, - «Не Джонни-бой, ну надо же…» - А бомба? Тоже блеф, по-вашему?

Ответить он так и не успел.

Происходившее после запечатлелось в памяти Уотсона отдельными картинками: Лестрейд, ругавшийся с кем-то по рации, оранжевые одеяла, суровое лицо Майкрофта и весёлое – он вообще осознавал, что его арестовали? – Джима.

Джон смотрел на Шерлока, который смотрел на Мориарти, который смотрел на Джона, садясь в машину. В его взгляде было обещание скорой встречи, но доктор не умел читать взгляды. В отличие от Холмса, внимательно глядевшего на преступника-консультанта. Во взгляде Джима, по-прежнему обращённом на Джона, больше не было снисхождения, не было в нём и ожидаемой ненависти. В его взгляде был интерес. И это пугало.

2010-12-02 в 01:42 

вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
Это пугало его просто до безобразия — всеобъемлющий хаос, несоответствие, разрозненность деталей. Лежащая вниз головой скрепка, одна из многих — неправильно, переверните!
Джим допускал, что хаос может быть в правительственном доме, где ему и место, будоражить умы людей, царить на тихих улочках и переулках, кажущихся на первый взгляд нормальными, — рассадниках нечисти. C этим Джим не просто мирился — поощрял и всячески содействовал. Но хаосу не место в его жизни сейчас, только не в таком деликатном случае.
В отношении самого Джима все должно быть продумано до мелочи, до самой последней детали; все должно быть правильно, идеально, выверено. Если и существует порядок, то он должен быть именно таким. Скурпулезно подобранным и доведенным до совершенства.
Когда Джим не мог подобрать цвет белья под новые туфли, это пугало его. До дрожи.

2010-12-03 в 21:20 

билли крэш
fuck it
непонятное совершенно странное что-то.

До дрожи. До боли. До впившихся в кожу ногтей - царапать чужое имя, почти-машинально, почти-бессознательно, имя, отпечатавшееся на сетчатке глаза, кровью на запястьях, вздувшейся кожей. Образ - цельный и какой-то до безумия знакомый, ты не знал, что так сходят с ума, так - накладываясь на чужое восприятие, так - безумным смехом, резкими, короткими осознаниями, обрывая пути назад, потому что впервые в твоей жизни появился хоть какой-то смысл?
Ты не знал, что бесполезно пытаться спасти, спастись, развалиться на части, кричать, захлебываясь от собственных мыслях, ты не знал, что это - всего лишь часть лабиринта, виток водоворота, что здесь - единственный выход, и тот запрятан глубоко в твоем сердце?
ш-е-р-л-о-к поверх старых следов, и ты вновь истекаешь кровью, и ты вновь тонешь, и красное заволакивает веки, и паутина из черных точек, черных линий, черных, бесконечных нитей, опутывает твое постоянное.
Настоящий свет пахнет горелой соломой и тысячи ртов в едином порыве кричат своими черными разинутыми пастями - сжечь, сжечь, сжечь, капли крови вспыхивают как бензин и где-то, привязанные к тонко выведенной "и" горят твои маски и лабиринты из самомнения и самообмана, и этот огонь гореть будет вечно, пока не выжжет тебя изнутри, болью, любовью выжжет - если хоть на миг представить, что ты способен на любовь, а не одержимость - этот огонь очистит все твои помыслы, и - ты не знал, что боль только помогает разгореться, а сопротивление усиливает очаги возгарания, и - ты не знал, что осознания не исчезают бесследно, и это новое, выведенное на запястьях - лишь следствие последного осознания, ты не знал, что все, что ты делаешь, давно выверено тобой самим, и - ты не знал
Зеркальная гладь так поразительно жестока, и так поразительно впитывает, отражение - горит безумием, запертое в клетке, у отражения - нет выбора, и новое выведенное впечатывается в его кожу новым осознанием, освобождая от тюрьмы тебя, настоящего.
Однажды - когда придет время - это все вольется в тебя разом, и убьет величиной своей и масштабностью. А пока - иди, малыш Джимми, твори свое зло, и надейся, что и в следующий раз все обойдется.
Зеркало треснет под пальцами миллионами осколков.
И это станет смертью.

2010-12-03 в 22:42 

Ллиска
Лиса в яблоках))))
Как обычно, с опозданием)

До дрожи замерзший - вот как бы прокомментировал свое состояние Шерлок, если бы ему было не лень что-либо комментировать.
Его не спасали ни обогреватель, ни одеялко.
У миссис Хадсон отключили отопление.
В совокупности с тем, что в квартире почему то напрочь отсутствовали стекла в окнах, это давало Шерлоку новые, неизведанные до сих пор ощущения.
Шерлок мерз.
Ватсон был на работе, миссис Хадсон у себя, и принести ему теплую грелку было абсолютно некому.
Как и откопать среди хлама в комнате шерстяные носки.
И подогреть чайник.
Жизнь была скучна и несправедлива.
Скрипнула входная дверь.
-Привееееет!- вошедший в комнату Мориарти хитро улыбнулся и достал из кармана немного потрепанную красную розу.
Этот поступок не был нелогичным для Джима, наоборот, вполне характерным.
Он и так постоянно строил Шерлоку глазки, и вполне мог достать дубликат ключей от квартиры.
Белый пушистый халат на Джиме, карман которого подозрительно оттопыривался даже после вытянутой оттуда розы, тоже можно было чем -либо объяснить.
Нелогично было то, что судя по всему, у Джима под халатом ничего не было.
Шерлок не мог бы объяснить, как он сделал этот вывод, даже если бы подсознание не запрещало ему думать об этом.
Но зрелище Мориарти в халате ему явно нравилось.
-А я к тебе не с пустыми руками,- хитро улыбнулся Джим, и, с ловкостью фокусника достал из кармана халата грелку и носки.
-И у меня кое-что к чаю завалялось,- спохватился Мориарти, и каким-то образом мгновенно переместившись к Шерлоку на колени, вновь полез в карман халата.
Халат нравился Шерлоку все больше и больше.
Именно поэтому, а не по какой-то другой причине, ему нестерпимо хотелось снять его с Джима.
Джим порылся в кармане, и вытянул упаковку презервативов.
-Упс, вообще-то я искал печеньки,- пожал плечами Джим,- но так даже интересней.
Шерлок не ответил. Он был занят развязыванием пояса от халата.
Ему хотелось... Безусловно, ему хотелось согреться. Только согреться.
-Шерли, детка, да у тебя совсем нет опыта в раздевании. - сказал Джим и сам резким движением дернул пояс.
И Шерлок наконец то увидел...
...Белый больничный потолок.
Распахнутое настежь окно.
Голова побаливала, и комната слегка покачивалась перед глазами.
Шерлок облегченно вздохнул.
Всему можно найти логичное объяснение.
Несомненно, странный сон был навеян только последствиями взрыва в квартире.

В вазе на прикроватной тумбочке стояла одинокая, слегка примятая красная роза.

2010-12-05 в 04:45 

Monsters made me do it!
Don`t take it too serious!

И это станет смертью.
Станет смертью. Конечно, станет. Конечно. Если только не знать, что смерти нет. А ведь смерти нет- на самом деле, смерти нет. Все это выдумки дипломированных гувернанток из престижных агенств по найму персонала (плюс пол-оклада за знание французского, стройные ноги и сговорчивость), все это россказни: грехи, Люцифер, загробный мир.
Малыш, ты попадешь в ад, если сейчас же не закроешь глазки, если не завернешься с головой в одеяло, чтобы не слышать, как мы с твоим дорогим папочкой любим друг друга, пока твоя дорогая мамочка коротает дни в психлечебнице, пока ты притворяешься, что спишь.
Неужели эти сексапильные красотки с пухлыми губками вздумали рассказывать про ад? Вздумали пугать тебя? Откуда им знать, что такое ад? Откуда им знать, что ты знаешь, что такое ад? Их белокурые мамочки с нецветных экранов пугали их Страшным Судом, но откуда им знать, что ад, ад — в твоей голове?
У маленького Джимми нет проблем с окружающими. У маленького Джимми проблемы с самим собой. А с другими - нет, в самом деле, с другими проблем нет, даже с той школьницей нет проблем, с той самой школьницей, которая в отчаянном желании жить до крови расцарапала руку, сжимавшую ее шею.
Если не будешь слушаться, то когда умрешь, ты попадешь в ад. Ад, который и так всегда с тобой. Так зачем умирать?
Не имеет значения, кем были твои родители и знал ли ты их вообще. Не имеют значения твои привычки. Можешь не мучить кошек и не поджигать кукольные домики сестры. Не имеет значения, как тебя зовут. Джимми, или Эдмунд, или Ричард, или Питер.. Не имеет значения. Потому что завтра ты проснешься с новым именем. Но ад- ад все равно в твоей голове, как бы тебя ни звали, и от него никуда не деться.
А завтра выпадет снег.

2010-12-07 в 21:56 

вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
А завтра выпадет снег по данным метеостанции, и ты не знаешь то ли радоваться, то ли плюнуть в это чертово улыбающееся лицо по ящику, вещающему о счастливом снежном рождестве. Выпади хоть дождь из лягушек, или пепел, как перед извержением вулкана, тебе было бы все равно, что станет с Лондоном. Потому что через час у тебя самолет, и ты не знаешь, когда вернешься. Действительно не знаешь, и от этого ненависть только усиливается.
Лондон, чертов Лондон с его огнями и уровнем преступности, стал значить для тебя слишком много в последнее время, и это неправильно. Неправильно ощущать именно сейчас.
Идешь дальше, под ногами хрустит коркой лед, как твоя жизнь, такая хрупкая, такая беспечная, ни за что не цепляющяяся столько времени...
Инспектор сворачивает за угол и присаживается на скамейку, сминая в руках билет на рейс Лондон-*.
В этот раз не просто командировка, не перевод в другой отдел и даже не уикэнд заграницей.
"В этот раз все серьезно, мой дорогой инспектор," - сказал ему Холмс-старший, протягивая билет, новые документы и соизволив сообщить в последний момент о том, что все уже улажено и продумано.
В этот раз все серьезно, потому что инспектор напал на след, а значит его жизнь под угрозой, так решил Майкрофт, конечно, так постановило Британское правительство, всегда привыкшее решать все само.
Но Лестрейд терпеть не может бежать, даже больше, чем подчиняться натянутым улыбкам.
Билет летит в корзину, и ничем более не удерживаемый, человек идет вдоль по аллее, выдыхая струйку пара. Его плечи и голова опущены, словно он идет против порыва сильного ветра, но походка выдает холодную уверенность и решимость.
На другом конце города Майкрофт хмурит брови и качает головой.
Для этого случая всегда есть план Б.

2010-12-08 в 08:45 

Lucifer is my pet
SadBatTrue
с некоторым опозданием)

Завтра выпадет снег. Не та полупрозрачная плёночка, которая продержится день-два и исчезнет, будто её и не было. Это будет настоящий снег. С сугробами и, может, даже с метелью. А Лондон будет в шоке. Лондон будет парализован, почти что беспомощен.
Столицу накроет идеально белой, до рези в глазах, скатертью, и ты сможешь выбрать любое блюдо, какое тебе по душе, благо прейскурант твоих возможностей неисчерпаем.
Или не так.
Столица вся скроется под белым покровом, превращаясь в твой личный полигон, в игровое поле. Ты же так любишь всевозможные игры.
Например, шахматы. Ты будешь ферзем, остальные – пешками. На первый взгляд несложно, незамысловато, но какое множество комбинаций, но какой азарт в процессе! Ты начнёшь двигать их по ослепляющему своей белизной полю, а вот "съедать" друг друга они станут уже сами.
Или вот шашки. С самого начала ты – в дамках. У тебя будет огромное пространство для манёвра, у них – возможность поучаствовать.
Домино? Ты построишь ряд интриг, несчастных случаев, взломанных счетов, проданных тайн, а потом легонько подуешь – и вся эта цепь придёт в движение. Каждое звено будет тщательно подготовлено, и результат, как всегда, превзойдёт все ожидания.
Ты любишь порядок. Но ещё больше ты любишь, когда что-то выходит из-под контроля. Именно тогда начинается настоящая игра.
Ты не будешь есть, спать, перестанешь следить за тем, что творится вокруг, всё внимание будет сосредоточено на этой бракованной детали твоего механизма, на этой косой шестерёнке. Она будет громко скрипеть или вертеться не в ту сторону, или не будет работать вообще, а ты исследуешь её вдоль и поперёк, найдёшь недостаток и - удалишь или заменишь. Но – никогда не позволишь испортить игру, никогда не позволишь себе отступить.
Ведь ты даже не капитан корабля, полного отвратительных, хотя и полезных крыс, ты сам – корабль, часть созданной тобой же системы.
Поэтому завтра, когда выпадет снег, ты будешь готов к новой игре.
Механизм не должен заржаветь.

2010-12-16 в 01:49 

Sir Konrad Weller
Нав'язувать ментальність нелогічно
Для этого случая всегда есть план Б.
И сейчас Джим реализовывал этот план, потому что "А" провалился по вине совершенно бездарного - как выяснилось - исполнителя.

Шерлок наворачивал круги по небольшому кабинету инспектора Лестрейда, уткнувшись носом в папку с подшивками очередного дела, разгаданного командой Скотланд-Ярда в рекордно короткие сроки.
Хозяин кабинета не мог сдержать улыбки, красноречиво расписывая подробности
- Практически ни единой улики, понимаешь? Железное алиби у всех подозреваемых, и тем не менее – женщина задушена в собственной, запертой изнутри квартире. Я уже собирался звонить тебе, когда мои ребята обнаружили следы обуви на наружной лестнице. Он поскользнулся там. И знаешь, что сделал? Снял перчатки, чтоб удобнее было спускаться! Если бы не это – никто бы не догадался , что это ее бывший любовник. Надо же, они расстались пять лет назад, и все эти пять лет он планировал ее убийство!..
Шерлок швырнул папку на стол, громким хлопком привлекая внимание.
Лестрейд замолчал, глянул на Шерлока – и оторопел, да, пожалуй, это самое подходящее слово.
На обычно бесстрастном лице детектива-консультанта расплывалось выражение какой-то совершенно детской обиды
- Это было мое преступление!
- Что? – Лестрейду показалось, что он ослышался
- Это было мое преступление, Лестрейд. Для меня. Оо, этот идиот, зачем он снял перчатки, его же предупреждали!
- Шерлок, ты о чем?
Джон наконец-то прекратил изображать безмолвную статую и подал голос от окна, где стоял все это время
- Мориарти – он словно выплюнул это слово, явно неодобрительно смеривая взглядом обиженного друга.
Шерлок кивнул, уставившись куда-то сквозь Лестрейда
- Именно. Джим планировал преступление для меня , а этот… этот имбецил, этот кретин оставил отпечатки!
Обиженный детектив-консультант запахнулся в пальто и уселся на стол, на ту самую папку
- Испортил песню, дурак!

Хотя может, не так уж и провалился - думал Джим, наблюдая за камерой в Новом Скотланд-Ярде.
Даже от бездарей есть польза

2011-01-09 в 21:33 

вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
крэк. *о*

Даже от бездарей есть польза, даже обезьяну можно научить курить и поджигать квартиры – ему это не нужно рассказывать, рискуете нарваться на вежливо прикрытый рукой рот и упертый в спину ствол Браунинга – его охрана такая недоверчивая, а вы так неубедительны.
Мистер Мориарти - с тысячей имен, но лишь одним из них, которое сродни дорогой туфле на кадыке, - не нуждается в помощниках и сочувствующих. Тешить самолюбие комплиментами ему не угрожает, а доверять он привык только себе. Вернее, не так, даже себе – нет, слишком изменчивый, как погода в Лондоне, но тут-то уж никуда не деться, а лишний балласт – это не для него.
Поэтому держитесь подальше и не предлагайте свою душу попусту, если только вы не Мастер с планеты Галлифрей. Смотрю, вы не любитель британских телешоу, а зря, почерпнули бы много нового, было бы чем удивить хозяина.
Меня он научил не только курить, человек-любопытность. Я поджег центр, где меня держали как в тюрьме, со штатом врачей, что подключали проводки и проводили все эти эксперименты – жуть как надоело.
Мне-то повезло, а вы посидите в камере и подумайте над своим поведением, мистер… как вас там?
Это было глупо, очень глупо с вашей стороны. А что дальше? Если выяснится, кто вас заслал - блэкаут, мон синьор.

Тусклая лампочка моргает и гаснет вовсе.

2011-01-10 в 23:57 

T*Sel
"Терпи, вулканец, Колинара достигнешь!" (с) Иммернот
*пронеслось перед глазами*

Тусклая лампочка моргает и гаснет вовсе. Проектор больше не озаряет стену тенями прошлого. Давно (ведь для них пять лет очень долгий срок) они не встречались лицом к лицу. За это время они научились быть сдержаннее и хладнокровнее. За это время они воскресали и восстанавливали силы.
В первый год после их встречи Шерлок, не без помощи брата, уничтожает мировую "паутину Мориарти". Сам Джим проваливается под землю, в буквальном смысле.
На второй год - он берется за раскрытие любого дела. Практически лишая Скотленд Ярд работы.
На третий - настойчиво ищет следы Мориарти, добираясь вплоть до «крыши мира».
На четвертый - возвращается к "нормальной" жизни.
На пятый - покупает путевку в Швейцарию.
В первый год Джим затаивается и просчитывает варианты. Как хорошо, когда можно позволить себе обустроиться в уютном бункере в Америке.
На второй - осторожно начинает обрастать новыми связями.
На третий - выходит на поверхность и, не без помощи новых друзей, получая необходимые документы, устраивается на должность учителя в небольшом городке.
На четвертый - имеет счета с крупными суммами денег в оффшорных зонах и уделяет много времени консультациям. Не только школьным, конечно.
На пятый год - бывший Джим получает бандероль на свое нынешнее имя. Внутри диск с записью их единственной встречи в бассейне-с его, Джима, записью. И записка: "Жду. Майринген. Reichenbachfälle*."
Пять лет они ждали этой встречи. Шерлок уже ждет его на нейтральной территории для новой и, будем надеяться, не последней встречи. Сегодня в Швейцарию прибывает пассажир с необычным именем: Ennui Mortel **.

* Рейхенбахский водопад (нем.)
**Скука смертная (фр.)

2011-02-22 в 16:05 

Lucifer is my pet
SadBatTrue
- Ennui morteeel, - тянет Джим на уроке французского. Учитель исключительно строг и категорически запрещает говорить на родном языке. Так что большинство учеников общаются при помощи жестов и записок. Джима до жути, до нервной дрожи достали эти глупые озабоченные придурки. С ними невозможно беседовать, потому что они всегда срываются на идиотский смех, какой бы серьёзной ни была тема, с ними нельзя вести дел, потому что они трусы. От амёб пользы и то больше. А шума меньше, ага. Джим раздражённо трёт лоб.
Дайте ему молоток и гвозди, и он замурует их всех в этом кабинете. Дайте ему экзамен, он сдаст всю оставшуюся программу экстерном и свалит из этой школы, которая вместо того, чтобы давать знания, сушит мозг. Тут совершенно нечего делать.

- Боже, какая скука, - Джим роняет голову на парту с громким стуком. Профессор, читающий лекцию, не обращает на него ни малейшего внимания. Как, впрочем, не обращает внимания на отчётливый храп, доносящийся откуда-то с задних парт. Иногда Джим готов наплевать на необходимость получения образования и на тот факт, что со студентами уже можно вести дела. Лекции, подобные этой, невыносимо угнетают его. Джим смотрит, как профессор, касаясь пальцем языка, перелистывает страницы старого учебника.
Дайте ему повод, и он пропитает эту книжку ядом. Дайте ему денег, и он окончит университет прямо сейчас. Здесь негде развернуться.

- Скучно, - жалуется Джим мёртвой голове на асфальте. Её владелица не так давно изрядно потрепала нервы одной злопамятной стерве со связями. Само собой, Джим бы не взялся за этот заказ, если бы не отчаянная скука. Он разочарован – у людей нет ни фантазии, ни настоящих врагов. От скуки хочется лезть на стену. Или сломать её к чёрту – Джим ещё не знает точно.
Дайте ему спичку, и он подожжёт весь этот насквозь унылый Лондон. Дайте ему точку опоры, и от этого мира ничего не останется.

Мир спасает телефонный звонок. И хорошие новости.

картинка-иллюстрация-вдохновительница

2011-02-24 в 21:40 

второстепенный персонаж
Обожемой,я взялся за перо о_О
-Хорошие новости, милый! - кричит миссис Мориарти.-Тебя зачислили в ту академию, где ты так мечтал учиться!
Джим радостно выбегает из комнаты. Да, он любит учиться.Он много читает и не тратит попусту время.Хотя нет, Джим обязательно мечтает перед сном. Мечты у него обычные для мальчика десяти лет - стать супергероем, захватить мир, быть королем и повелителем, заставить все прогнуться под себя. Об этом мечтают многие, но мало кто добивается цели. Джим добьётся.
Обычно школьники не используют теорию на практике - чего ради вспоминать белиберду, которую несла училка на уроках физики? Зачем нужны чертовски скучные формулы из учебника химии? Да никому это не нужно. Но Джим накапливает драгоценный запас знаний, чтоы когда-нибудь показать, что учиться хорошо вовсе не позорно.
Юного Мориарти не волнует мнение других. Да, его не любят в классе, ну и что? Эти жалкие людишки не заслужат внимания супергероя, если попадут в беду. Не стоит распылять свои силы на такой планктон, который все перемены играет в картишки и бегает за девчонками. Фи.
Теперь у Джима все будет по-другому. Новая школа. Нет, не школа - Академия N! Звучит красиво и гордо, он безусловно имеет право учиться здесь. У Мориарти отличная успеваемость, он схватывает все на лету и иногда даже читает на несколько параграфов больше,чем нужно, просто потому,что не может остановиться. В Академии N будет форма, божественно красивая и солидная форма, с которой начнётся любовь Джима к дорогим и брендовым вещам, потому что престиж - фишка этой школы.
Тут в лабораториях хранятся реагенты, которых даже Джим не видел в глаза, тут ставят эксперименты, решают логические задачи, ведут курсы по психологии и воспитывают хорошие манеры. Тут есть все, что поможет ему стать ему лучше, хотя уже сейчас он значительно обогнал своих ровесников по уровню интеллектуального развития... Ох, с завтрашнего дня всё заиграет яркими красками. Скорее бы завтра!

2011-03-13 в 18:08 

вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
Скорее бы завтра, скорее бы послезавтра, следующий месяц, конец года, приближая день Д. тиканьем часов, новыми зарубками на каменной кладке, шагами под серым небом и простой физкультурой солнца за зарешеченным окном - вверх, вниз. День, когда он выйдет из комнаты, отряхнет полы пиджака и сможет столкнуться с миром, от которого отгородился на маленький век. Ослепнуть от солнца, вздрогнуть от засигналившего автомобиля или колокольчика велосипеда, шаг за шагом устанавливая себя, заявляя о своем существовании на этой земле, вне собственной клетки, свободным, готовым начать снова.
Ранняя седина на волосах заставит проходящую мимо девушку задумчиво проводить его взглядом, не вызывая впрочем никакой ответной реакции, лишь резанувшую усталость. Телефон в руках безнадежно устареет, на целую эпоху новых смартфонов и переключателей человеческой жизни.
Речь вокруг будет незнакомой, а слова будут слетать как с чьего-то чужого языка, заставляя горло неприятно ныть от необходимости говорить.
Потому что все закончилось, и вряд ли появится в мире другой человек, с которым ему захочется поговорить. Человек, с которым ему захочется танцевать. …с которым ему захочется.
Терпкий вкус сигары обволакивает цепи, сжимающие легкие, чуть распуская их хватку.
По его подсчетам, завтра день, когда ему принесут еще одну коробку, дорогих, кубинских, подарок от неизвестного, Ramon Allones, и Джим отключит ассоциации с последним словом, превращая серые стены камеры в царство тумана.
Дарить надежду безнадежному может стать опасным наказанием. Приятным наказанием для того, кто увлекается.
Он бы, пожалуй, увлекся.

2011-06-28 в 16:56 

nigredo
silent thief
доброго времени суток) в какой-то момент просто не смог пройти мимо.

Он бы, пожалуй, увлекся. Да что там, правда, правда увлекся. И не постеснялся бы признаться, если бы кто-то спросил. Всегда был по натуре немного энтомологом, герпетологом или мирмекологом. С детства Джим проверял на прочность малых сих: как ещё убедиться, что взрослые, называя подрастающее поколение жестоким, бывают чертовски правы? Только опытным путем, только так убеждаешься со временем, что правота и жестокость бывают очень, очень разными. А чаще всего – и относительными понятиями.
Интересно, как мистер бывший военный доктор согласует клятву Гиппократа с пролитием крови? А грязную политическую игру в Афганистане – с воинской честью? Что тебе по ночам говорит бессознательное?
Да, как и многие ребятишки на определенном этапе взросления, Джим лишал бабочек крыльев. Просиживал на корточках у муравьиной тропки с чайником кипятка. Чуть позже, в школе, увлеченно препарировал лягушек.
Скажи, Джон, каким взглядом ты смотрел на свой первый труп в прозекторской? Каково было нажать на курок и увидеть падение тела? Может быть, тот человек еще дышал? Или ты классный стрелок?
Перепачканные пыльцой руки, едва заметное глазу мельтешение, последняя судорога. Всё это было, конечно, познавательно и даже забавно, но не так масштабно, как Джиму хотелось бы. У этих существ нет речевого аппарата, нет души и нет судьбы, ни одно из них не подозревало о том, что на смену сегодня приходит завтра. И о том, что завтра однажды не наступит.
Люди – другое дело. Люди очень быстро стали основным исследовательским интересом Джима. Практически не отличаясь друг от друга по физическим характеристикам, они демонстрировали изумительное разнообразие поведенческих реакций в ситуациях, которые Джим организовывал.
Некоторые из них быстро теряли человеческий облик, другие легко отказывались считать себя чем-либо кроме послушных игрушек, третьи делали попытки дать отпор. Лишь один захотел поймать. Но это – тема отдельного исследования.
Пока же увлекает иное. На что ты способен, Джон Ватсон, муравей с сердцем льва? Я приготовил для тебя предметное стеклышко.
Скоро всё станет ясно.

2011-06-28 в 20:34 

Curly_Sue
58 мальчиков на побегушках
Скоро всё станет ясно.

— Шерлок, дорогой, не стреляй так сердито глазами.

В нашей мансарде уютно и тихо. Воздух здесь затхлый; в мягком свете, проникающем сквозь заляпанное окно, танцуют пылинки.

А Шерлок на меня обижается — насупился, забился в угол. Страдает.

Я же смотрю вперед.

Из окна открывается замечательный вид на Лондон. Кто бы мог подумать?

— Скоро все наладится, мой дорогой. Пойми, никто кроме меня о тебе не позаботится.

Я думаю, что он мог бы меня поблагодарить — я делаю для него страшные вещи. Я выкупаю эту чертову никому не нужную мансарду, лично выслеживаю его и докторишку, я безрассудно раскрываю свое имя и свое лицо, рискую жизнью и репутацией… Глупость – это самое страшное. Я становлюсь рядом с ним глупым.

— Но не таким глупым как ты, правда? – оборачиваюсь к Шерлоку.

Он закрывает лицо руками. Запястья его воспаленные, красные под веревкой. Шерлок сидит на брошенном на пол матрасе в какой-то совершенно неудобной позе, словно изломанный знак вопроса. Это странно – веревки не должны ему мешать.

Ну ничего. Я убежден, что страдания формируют личность.

Шелок глухо всхлипывает.

И все-таки кляп был хорошей идеей.

Улыбаясь, я рисую на пыльном подоконнике смешную рожицу. Если бы я знал, что его будет так просто сломать, я бы не тратил на него бессонные ночи и всю свою изобретательность.

Подхожу к Шерлоку — я ведь должен развлекать его, пока он у меня в гостях. При взгляде на него меня пронзает нежность, сердце сладко ноет от предвкушения. Сажусь на корточки рядом, глажу непослушные, такие мягкие кудри, скорбно ссутулившуюся спину.

— Ничего, — шепчу я в совершенной формы ухо, чуть касаясь его губами. – Он не стоит тебя.

Плечи Шерлока подрагивают под моими пальцами.

Я устраиваюсь с ним рядом на тонком матрасе, закрываю глаза, представляя, как сейчас его храбрый доктор сидит в гробовой тишине кухни на Бейкер-стрит и выбирает между двумя предложенными мной вариантами. Я представляю все в мельчайших деталях: трость у стены, его сжатые губы, дрожащие пальцы…

Я представляю, как раз за разом он перечитывает мою записку. Он должен оценить мое великодушие и отличный слог. Мой вензель и фактурную бумагу.

«Сюрприз-сюрприз. Шерлок у меня. Белая таблетка — яд, умрете вы. Желтая для вас безвредна, но умрет Шерлок. И не стоит искать его, не тратьте время. Мне действительно интересен ваш выбор. Искренне ваш».

Не искренне. Не его. Я принадлежу тому, кто сейчас всхлипывает рядом.

— Ну-ну, не грусти, — шепчу я и крепко обнимаю его.

Скоро всё станет ясно.

2011-06-29 в 10:08 

Lucifer is my pet
SadBatTrue
Скоро всё станет ясно. Джим любит такие моменты: когда только поднялся занавес и слышатся шаги актёров, когда оркестр настроился и дирижёр взмахивает палочкой, когда облака окрасились в нежный розовый и солнце вот-вот выглянет из-за горизонта. Процесс, кульминация, яркий финал – это всё прекрасно, но ничто не сравнится по значению с началом.

Фигуры расставлены, карты расстелены, ставки сделаны и козыри объявлены. Пора. Пора брать пешку или коня, кидать кубик и тянуть карту. Нет, пальцы не подрагивают, но что-то такое проносится по позвоночнику.
Джим не марает руки, но иногда просто наблюдать – это так до смерти невыносимо. Сердце будет биться неровно, внимание будет обострено, мысли в виде схем и алгоритмов будут мелькать в голове – если он сам в игре. Можно считать это маленькой слабостью, но лучше прихотью. Поставить мат активно перемещающемуся по полю королю в разы сложнее, чем статичному. Хотя пытались немногие.
Один вот всё ещё пытается. И, надо отдать ему должное, неплохо пытается. Но – недостаточно. Возможно, потому что один.
Пока что Шерлок слишком горд, чтобы просить брата о реальной помощи. Пока что уверен, что справится. Восхитительная наивность. Однако Джим Мориарти не из тех, кто упустит столь удобную возможность. Ведь сколько перспектив, различных вариантов событий с ней появляется! Что бы выбрать? С чего бы начать?
Вопрос из разряда ключевых. Начало не должно быть эффектным, в первую очередь оно должно быть правильным. Подходящим. Начало должно сидеть, как костюм, сшитый на заказ у лучшего портного. От начала зависит не всё, но многое. Лишь столкнув камень в нужном месте можно вызвать камнепад.
Продуманный до мельчайшей детали, проработанный и переработанный план ничего не стоит до тех пор, пока его не начали воплощать в жизнь.

Раз-два-три-четыре-пять,
Вышел Шерлок поиграть.

Он готов. Готов танцевать, бегать, прыгать, летать и кувыркаться. Дышать, по его мнению, не игрой, а погоней.
Хлоп! "Ты водишь!"
Джим в очередной раз поднял занавес и вытолкнул нескольких второстепенных героев на сцену.
"Да тише ты! Начинается!"
Можно ненадолго расслабиться.

2011-06-29 в 15:35 

nigredo
silent thief
Я надеюсь, это достаточно нейтральная фраза, та, которой я закончил.

Можно ненадолго расслабиться. Ненадолго.
Ровно на столько, сколько занимает пауза между двумя ударами спокойного сердца. Настолько спокойного, чтобы сделать один точный выстрел.
Джим стоит на крыше. За его спиной кубические метры пустоты. Между каждыми двумя ударами его сердца проскальзывает что-то вроде щекотки. Он возбужден – физически и умственно.
Ветер треплет волосы. Прикосновение так осязаемо. Легко спутать с чувственной лаской, немного отстраненной, властной, безличной, но изысканной и желанной. Так может касаться только тот, кто обладает правом собственника. Джим позволяет этой мысли скользить по краю сознания, но не дальше. Он делает шаг назад, не следует отвлекаться. Нет времени анализировать свои чувства и ответить себе самому – а не хочется ли тебе наконец принадлежать кому-нибудь?
Майкрофт Холмс стоит на крыше, загораживая спиной пожарный выход. В его руках неизменный зонт-трость. Его бледное лицо, еще более экзотичное, чем у Шерлока, трудно назвать красивым. С такого расстояния должно быть трудно разглядеть черты, но для Джима они пропечатываются очень четко. Некрасивый нос. И без того тонкие, губы сжаты в линию. Глаза непроницаемы. И Джиму почему-то хочется подойти ближе, рассмотреть, понять, чем же именно он так привлечен.
Он делает еще один шаг назад. Там, за спиной, за одним из окон соседней многоэтажки ждет его снайпер. Джим не знает, за каким, но не сомневается, что огневая позиция выбрана идеально.
Майкрофт неподвижен, только его зонт медленно вращается. Как будто сам по себе. Оборот за оборотом вокруг запястья, перпендикулярно плоскости крыши. Майкрофт тоже молчит и смотрит. С невозмутимостью опытного заклинателя змей. Требуется некоторое усилие, однако, Джим не дает себя заворожить. Ещё шаг назад.
Вообще-то Джим не ожидал увидеть Холмса-старшего здесь. Его осведомленность не удивляет. Однако, при такой нелюбви совершать лишние движения, Майкрофт по-видимому имеет пару крылатых сандалий. Ничего, у Джима есть крылатая машина. Сигнал послан, осталось подождать совсем немного, а пока можно ненадолго расслабиться.
Ветер обвивает его бедра. Остается последний шаг. Следующий шаг.

2011-07-05 в 15:58 

EffieL
мимозаяц
Махровое AU, тайм-лайн: задолго до событий сериала.

Следующий шаг. Каков наш следующий шаг? Мне как Вашему адвокату нужно это знать.
Джим Мориарти лишь пожимает плечами, криво усмехается чему-то про себя и снова обводит взглядом стены комнаты для свиданий. В некоторых местах странная серо-зелёная краска облупилась, и из-под неё выглядывала странная серо-синяя. Это было даже… символично.
– Сигареты.
Себастиан Моран достаёт пачку и кладёт на стол. Его босс, не глядя, кивает.
– Надеюсь, я не сильно утруждаю тебя подобными просьбами?
– Э-э, нет, сэр. Конечно, нет. Я… купил их по дороге.
Моран пытается понять, что имеет в виду собеседник, но Джеймс Мориарти, как всегда, нечитаем. Сегодня, пожалуй, даже больше обычного. Его мысли где-то далеко.
– Знаешь, мой сокамерник – жуткий святоша. И страдалец, при этом. Сам сигареты выменивать ни за что не станет, а без них его просто не разговорить. У всех проблемы, меня так никто не жалеет.
Себастиан решил промолчать.
Наконец Мориарти вспоминает, что время свидания ограничено, вытирает губы большим пальцем и говорит тоном абсолютно невинным:
– Хороший месяц – июнь. Жаль, что он заканчивается.
Моран внутренне весь подбирается, не шевельнув при этом ни единым мускулом.
– Да, сэр. Дальше погода определённо не будет такой хорошей.
– Скорее всего, – Мориарти по-театральному закатывает глаза и снова затягивается. – В первой декаде было такое солнце, жаль я пропустил, – он довольно сощурился совсем как котёнок и улыбнулся.
– Солнце как солнце, если спросите меня. Ничего особенного.
– Даже так?
– Да, сэр.
– Твоему суждению я доверяю.
Повисает тишина, и Моран, не удержавшись, смотрит на часы.
– С другой стороны, Себастиан, этому июню для полной картины не хватает грозы. Настоящей, знаешь? Такой, какие раскачивают небоскрёбы… или телевизионные башни. Из моего окна видно одну такую, с радостью бы посмотрел. Как там говорят?.. "Торжество природы над гением человека". Как-то так, да?
– Думаю, так, мистер Мориарти.
– Ну, раз я так думаю, и ты так думаешь – пусть и будет так.
– Не возражаю, сэр. Только… Мистер Мориарти, если бы Вы начали заполнять бумаги или же написали матери, всем было бы намного…
Кодовые слова, кодовые слова хороши лишь ко времени, подумал Джим. Он откинулся на спинку стула, затянулся и дружелюбно улыбнулся Морану, словно говоря, что если тот продолжит действовать ему на нервы подобными инквизиторскими замашками, то совершенно точно не отойдёт от тюрьмы живым и на три метра.
– Нам уже пора, да? – спросил Мориарти у стоящего рядом охранника.
– Ещё три минуты.
– Отлично. Приятно было увидеться, Себастиан. Буду ждать тебя и на следующей неделе тоже. Захвати с собой, пожалуйста, более спокойное выражение лица… И ах, да. Сигареты.

2011-07-09 в 14:20 

nigredo
silent thief
Я превентивно извиняюсь за гет и всё нижеследующее.

Сигареты. Это первый раз, когда Молли думает о сигаретах с серьезным намерением закурить. Она никогда прежде не пробовала и толком не представляет, что это за ощущение и как будет выглядеть со стороны.
Молли даже не уверена, стоит ли соглашаться, но Джим, похоже, знает о Молли больше нее самой. Он достает откуда-то плоскую пачку и зажигалку, мисс Хупер сама не замечает, как начинает вертеть в пальчиках тонкий белый цилиндр. Джим не настаивает, не смотрит в упор удивительным и странным взглядом, о существовании которого Молли узнала сегодня вечером. Она чувствует, что сейчас им нет нужды разговаривать. Она подносит сигарету к губам, Джим улыбается чуточку кривовато, щелкая зажигалкой, и Молли вдруг чувствует: всё совершенно, ей хорошо.
Откуда Джиму известно, что и как должно быть, она, конечно, не догадывается. Но Молли никогда не чувствовала в себе сил ответить отказом симпатичному парню, роскошно выглядящему в деловом костюме.
Узнав в этом человеке своего нового кавалера, Молли чуть было не запаниковала. Она не привыкла разъезжать в дорогих машинах с шофером. Неважно, будет ли так постоянно, или всего на один вечер, Джим – это её принц, настоящий. Молли окончательно позабыла о том, что когда-то волновалась по поводу других мужчин. Джим очень трогательно держал ее руку в своих. Им предстояло нечто особенное.
Вместо ресторана или театра они оказались в небольшом косметическом салоне. Молли сначала удивилась немного, когда оказалась записана на бразильскую депиляцию, а затем еще сильнее: Джим последовал в кабинет следом за ней и невозмутимой женщиной-косметологом. По лицу последней вообще нельзя было сказать, замечает ли она присутствие Джима.
Молли несколько смущенно, но без возражений выскользнула из платья. Дело было то ли в растерянности, то ли в непонятном нежелании оказывать какое-либо сопротивление. По-видимому, от нее никто и не ожидал отказа. Молли подумала, что подобного опыта в ее практике свиданий не было и в отсутствие явной угрозы можно плыть по течению.
Она вытянулась на кушетке, прикрывая руками грудь, и принялась изучать потолок. Было трудно разделить ощущения от взгляда Джима и те, что появлялись от прикосновений незнакомой женщины. Та спокойно и уверенно выполняла свою работу, а Молли, чьи ноги поочередно сгибали в коленях и отводили в сторону, прокручивала в голове разные сценарии дальнейшего развития событий, не без удивления отмечая, насколько далеко заходят ее фантазии. Джим участвовал в каждой, по меньшей мере как наблюдатель.
К концу процедуры у Молли появилась расслабленная, немного мечтательная улыбка и весомый повод считать себя раскованной девочкой. Предложение Джиму поехать к ней домой, кажется, не должно ничего испортить.
Решительная затяжка.

2011-09-21 в 02:17 

me_katzenjammer
and I just said: dude, your perspective on life sucks
Надеюсь, своим вмешательством я не испортила игру.

Решительная затяжка. Последняя. Вслед за этим сигарета летит в сторону, но никуда не улетает, сигареты не летают, и только получивший назначение Лестрейд инстинктивной, без сомнения, более мудрой своей частью понимает, что сам он тоже никуда не денется. И черт разберет, чего тут больше – невозможности или нежелания.
Джим наблюдает за ним, как обычно, сунув руки в карманы брюк. Вопреки дороговизне костюма, дополнительно оттеняемой декорациями грязного проулка, его манера кажется мальчишеской и трогательной. Лестрейд смотрит на него в упор, и Джим быстро включается в игру, Лестрейд не моргает и вследствие этого создается иллюзия, будто глаза у Джима в пол-лица. Не хватает лишь зеленых искр на самом дне. Лестрейд понимает: ему бы уступить, но не может отвести взгляд. Тем более, что эта встреча – последняя.
Кажется, тут пахнет серой. Кажется, он только что окончательно решил завязать с курением.
- Как ощущения? – интересуется Джим вполголоса, прекрасно зная, что мужчина ловит каждое его слово. Он принимает подобное внимание как должное и не без оснований. Ведь предотвращение одного крайне неприятного внутреннего расследования в Скотланд Ярде, которое могло повлечь за собой длительное тюремное заключение для новоиспеченного детектива-инспектора – дело его рук. Или не рук, но, уж во всяком случае, ума.
Теперь тот стоит перед Джимом с лицом преступника, готового буквально выпалить признание. Джим легко читает по лицам. Несмотря на то, что Лестрейд вышел на консультирующего преступника самостоятельно, теперь того и гляди начнет отбиваться молитвенником. Воистину, самый ярый праведник - кающийся грешник.
Именно поэтому Мориарти решил провести финальную встречу на этой помойке: обманывать ожидания не в его правилах. Он даже посмотрел "Адвоката дьявола", изучая актерские приемы Аль Пачино, и заготовил для Лестрейда целую гроздь словесных крючков. К сожалению, собеседник неразговорчив. Но теплые карие глаза, в которые Джиму так понравилось было заглядывать, прикованы к нему. Полные ожидания и опаски. Как скучно.
Мориарти чувствует легкий укол разочарования. Вначале ему казалось, что Лестрейд понимает свою и Джима роли в этой маленькой игре. Её целью было устранить неприятности к обоюдной выгоде, и каждый справился с задачей - лжесвидетельство и подстроенный несчастный случай - просто прекрасно. Так что Джим был не против сотрудничать и впредь. Увы, инспектор потерян как товарищ по играм. Осталось посмотреть друг на друга и разойтись до новой встречи под разными знаменами.
- Вдыхай полной грудью, Грегори, - бросает он на прощанье через плечо. – Сегодня подходящий вечер.

2011-12-23 в 20:12 

EffieL
мимозаяц
Вот же... Это не только, наверное, боян боянов, но ещё и внелимит. И авторский взгляд на. Я извиняюсь, если что, удаляйте.

"Сегодня подходящий вечер". Это было единственное объяснение, которое предложил Мориарти, вызванивая его с очень важной операции. Обычно Джим ни перед кем не расписывал ни цели, ни мотивы своих приказов, но иногда – ради интереса – он предоставлял ему "отчёт". И именно эта деталь особенно импонировала Морану: человек, способный забыть о своём положении ради… чего угодно, собственно говоря, был поистине способен на всё.
Абсолютно на всё. В этом свете предложение "пойти поиграть в Золушку" звучало… неоптимистично. Два часа Себастьян кипятил себе мозг, стараясь понять, где оступился и чем расстроил шефа, пока не решил бросить заведомо проигрышное дело и действовать по ситуации, какой бы она ни была.
Пока ситуации не было. Пока ситуации не было совсем. Они с Джимом просто стояли на берегу Темзы, опершись на парапет, вдыхая вечерний воздух и поглядывая на Око Лондона.
– Оно тебя видит, Себастьян… – донёсся справа насмешливый напев не отрывающего глаз от экрана телефона Мориарти.
– Отлично, – буркнул Моран, бросил докуренную сигарету в Темзу и потянулся за новой. Вот мнительности шефа он не понимал никогда, и нет, это не была осторожность; Себастьян знал, что такое осторожность. Может быть, поэтому он и нужен был Джиму…
Мориарти улыбнулся уголком рта, и Моран решил попытать счастье:
– Сэр.
– Да?..
– Наше настоящее дело связано как-то… с Шерлоком Холмсом?
Удивление на лице Джима казалось неподдельным.
– Ну конечно. – Затем он снова обратил взгляд в телефон: – А в Бирмингеме завтра обещают снег. Хлопьями, представляешь?
Очередная сигарета подавила как тяжёлый вздох, так и неясно откуда взявшуюся тоску.

***

"Бом!"
"Бом!"
– Полночь, сэр, – сообщил Моран и поёжился: вот уже четыре часа как они стоят на этом ветру.
"Бом!"
Джим широко улыбнулся, и, возможно, это свет экрана телефона так ярко отразился в его глазах.
– Полночь, Себастьян. – ("Бом!") – Говорят в этом ресторане неплохой ягнёнок под чесночным соусом… и эль. Хм?
"Бом!"
– С водкой было бы лучше.
"Бом!"
– Как знаешь.
"Бом!"
Себастьян старался, но всё равно не мог отвести глаз от Мориарти, ища на непроницаемой "маске" шефа хоть какие-то ключи; если они действительно пришли сюда "поиграть в Золушку", то самое время было начать.
"Бом!"
Но ни на лице Джима, ни на поверхности реки, ни в небе, ни в кустах за их спиной не было видно ничего, за что бы можно было зацепиться.
"Бом!"
Мориарти по-прежнему не отрывался от телефона, по-прежнему набирал что-то с широкой улыбкой, но уже не говорил ни слова.
"Бом!"
По опыту Себастьяна этого одного уже было достаточно, чтобы полностью мобилизоваться.
"Бом!"
Ситуация появилась. Но не происходило ничего.
"Бо…"
Последний удар часов старого Биг Бена утонул в чудовищном взрыве. Моран инстинктивно схватил Джима за плечи и начал что есть силы оттаскивать его от парапета; Джим только засмеялся. Прямо перед ними, освещая, казалось, пол Лондона, пылало его, Лондона, "Око"; тут и там огромные куски металлической конструкции с гулким плеском рушились в Темзу.
Джим был счастлив; и Себастьян захотел узнать, сколько точно планов шефа сейчас исполнилось, сколько схем запустилось, и сколько ещё родится из их последствий. Но если он не знал этого уже, значит, не судьба.
Мориарти повернулся к нему, внимательно посмотрел в глаза и бросил совершенно деловым, не отражающим ничего из происходящего тоном:
– Я хочу, чтобы ты отправился в Кардифф.
– Когда?
– Прямо сейчас, Себастьян. Прямо сейчас.

2011-12-27 в 01:29 

anansi_boys
вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
Прямо сейчас, Шерли, детка. Ты не моргнешь - потому что нет у тебя такой реакции страха или удивления, даже когда дуло смотрит в лицо, - инородный, другой. А если и была, как у всех, ты просто удалил ее, стер, у тебя же есть собственная кнопочка delete в мозгу, правда, дарлинг? Ты не моргнешь, а я и не дрогну, чтобы только уловить выражение твоих глаз, столько убийств и столько последних промелькнувших мыслей у неудачных жертв, вставших на моем пути, но ни одна из них не была тобой, my dear, я не удивлюсь, если увижу там химическую формулу - не любви ко мне, я не настолько мечтатель, но и не страха - не настолько пессимист. Прямо сейчас, я нажму на курок незаряженного пистолета и быстро, рывком подойду и поцелую в губы. Холодные. Ты не поддашься, но и не отпрянешь, мой ледяной птеродактиль, замеревший во времени и так кстати найденный мной в этот неспокойный век. И когда кровь начнет капать на холодную плитку, мы не поймем, чья это губа прокушена. Потому что малая боль не заглушит огонь внутри, который только разрастется с новой силой - смотри, это ядерная бомба внутри меня. Вот чего надо было бояться на самом деле, Шерли. Я рвану, Шерли, Шерлок, Холмс. Я слышу ее механизм, отсчитывающий время, и продолжаю свою бесконечную схватку с жизнью, но рядом с тобой она все громче и, кажется, совсем зашкаливает. И если мы, когда мы ..да, механизм сработает, и всю эту планету, а может и весь мир, снесет к чертям, разорвет в клочья и, если повезет, склеит как попало. ..Хочешь попробовать? Я тоже. И я. Делаю. Шаг.
Я всегда думал, что мы похожи.

2012-02-24 в 01:07 

Безумная Сумасшедшая
an invisible crown of glorious purpose
Я всегда думал, что мы похожи.
Сначала, я думал, что мы с тобой разделенная душа в двух никчемных телах, и мне нужно было тебя съесть, чтобы вновь стать цельным.
Я ел красные яблоки на завтрак каждый день, когда мне было восемь и у меня были разбитые коленки. Я был целым и мог позволить себе такую роскошь, как есть яблоки на завтрак. По две или даже по три огромных алых яблок.
Я вырезаю из яблок слова и вдыхаю запах свежей краски на окнах.
IOU
Мы с тобой, ты и я одно целое.
Если бы я тебя съел, мое тело бы лопнуло и разорвалось, твое раздутое сердце этим Джоном Уотсоном давит мне на грудь, я хочу коснуться тебя, под кожу, до самого мозга.
Моего мозга.
Пальцы у меня немного липкие и красные от краски из баллончика.
Старая дребезжащая пластинка крутит хит прошлого века, а пока по твоим нервам проходят импульсы гениальных идей, ты играешь чакону Баха для меня, я точно это знаю.
Смотришь на своего доктора, и твое чертово сердце давит мне на грудь изнутри, ломает ребра, и обломки впиваются в плоть.
Забери мое сердце, я раскрою тебе грудь и вложу его своими собственными руками, вытащу обломки и оставлю кровоточить.
Дюйм за дюймом, без анестезии и наркоза.
Я забываюсь. Я должен был сжечь твое сердце и случайно получилось так, что я просто забрал его себе.
- Я верну его на место, - обещаю, вытираю грязные пальцы о край стола и на дереве остаются алые полосы.
Пахнет краской.
Я надкусываю яблоко, и по алому боку стекает прозрачный кислый сок из белого нутра.
Мой белый ангел, скоро ты получишь свое сердце обратно.
В карман пальто я кладу Браунинг, а телефон надрывается, подрагивает, и светится имя собеседника.

2012-03-29 в 22:28 

билли крэш
fuck it
поиграйте со мной, а

В карман пальто я кладу Браунинг. Телефон надрывается, подрагивает, и светится имя собеседника - Джимми Смит, неугомонный же ты ублюдок, сколько раз мне еще протыкать тебя спицами и стрелять тебе в спину, когда же ты наконец поймешь, что нет нужды больше дергать ногами и царапать пол красными пальцами, в бессмысленной этой жажде жизни - откуда только взялась, вылезла, своими же руками лепил бережно и осторожно, глупый маленький мальчик, куда тебе поперек меня идти, не вытянешь, ха-а, надорвешься.
Телефон звонит тихо, вибрирует, дрожжит, сам себя испугавшись, ты ведь мертв, хоть сегодня и не лучшее время для смерти, ты сдался уже, дышать перестал, карабкаться, я же тебя убивал этим утром, так когда же ты успел не смириться, когда ты вздумал решить, что можешь, меня, ослушаться.
В ногах ведь лежал, маленький, раздавленный, скрюченный, страх в глазах, да чего тебе бояться, жалкий ты крысеныш, двадцать семь лет, обычная работа, одна забота - робость врожденная, не выкорчевать, не сказать ничего против никому, со всем соглашаться, да злоба на себя, несерьезная, мелкая. Выше головы не прыгнешь, посмотри в меня, и тебе станет куда страшнее, ты и минуты мной не продержишься, так почему ты смеешь молить о жизни, я же своими руками, а ты все держишься, не сдаешься. Да вы все - одного цвета, мальчик, вы же все - мои маленькие серые тени, вы ненужные, ущербные, мелкие, и звонит телефон почему так надрывно, когда я решил, что тебя нет, и вещей твоих нет, и ничего от тебя нет, кроме безмятежной темной Темзы, принявшей немало в себя выдохшихся моих душ.
Смотрел на меня, глаз не отводил, я бы тебя оставил, но слишком просто, понимаешь, скучно, нет в тебе ничего достойного, ты хуже самой мелкой сошки в этом грязном и пропитанном смертью городе, если бы не жизнь в глазах, то ты бы ушел еще раньше, воплощенная слабость, тепло, которое я бы выжег пустотой черной вместо сердца, ты бы все равно долго не продержался, слишком холодно и мерзло, мне нельзя быть слабым, я достал бы и ее, ты знаешь, ты слишком многое знаешь, да и гребанные твои компьютеры никогда мне не нравились, так сдохни уже, не терзай мою душу.
Алло, говорю, поднимая трубку, и тишина там, маленький слабый ублюдок, даже сказать ничего мне не можешь, верно, знаешь, что я сильнее, бои-ишься, ты же умер уже, скорчился, слишком поздно назад, просто слишком, у меня за плечами сотни умерших душ, и я страшнее всех в этом мире, у меня есть цель и есть за что схватиться, а ты исчезни наконец, червяком прекрати извиваться, смотреть тошно, и телефон не смей сжимать свой моими пальцами, здесь холодно и ветром сшибает, и зря ты думаешь, что что-то мешает мне бросить тебя вместе с этой несчастной продрогшей трубкой в черную реку, не сопротивляйся, не дергайся, мне ты не нужен, отпусти, не цепляйся.
Мне никто не нужен. Достаточного одного.

2012-06-15 в 23:35 

M. Luka
Борщ? Нет, это не по моей части. (с)
ох, надеюсь, не очень сильно облажался ><
Достаточно одного, чтобы придумать веселье. Каждый веселится по своему, не правда ли? Мне нравятся загадки. Точнее, я люблю придумывать их условия. Сплетать события в паутину, подбивать на нужный мне исход. Это весело. И полезно. Люблю совмещать эти понятия.
Хотя ты меня не поймешь. Ты же любишь импровизацию. То есть, ты думаешь, что ты ее любишь. На самом деле тебе просто лень подумать. Не знаю, думал ли ты когда-нибудь по-настоящему. Мысль за мыслью. Складывается воедино, как пазл. Ты видишь картину и... Впрочем, это не так важно. Тебе вообще это может показаться скучным.
Никто не любит скучать. Ты, я, единственный в мире консультирующий детектив... О, он просто ненавидит скучать. Для него это как яд. Забавно?
Жаль, что и он когда-нибудь умрет. Все когда-нибудь умирают. Это должно быть очень грустно. Я бы даже состроил грустную мордашку для тебя, хочешь?
Хотя, знаешь, не буду. Я уверен, у меня бы здорово получилось, но... Я сегодня не в настроении кривляться. Может быть в другой раз?
Ты мне веришь? Я знаю, веришь. Мне все верят. Даже тот самый консультирующий детектив поверил. Удивительно, какие люди доверчивые. Знаешь, это отличная слабость. На ней можно сыграть.
Я люблю игры. Ну, ты помнишь. Игры, загадки, фатальные исходы ( не для меня, конечно). Это отлично помогает от скуки. А скучать, как ты уже знаешь, никто не любит.
Мне нравится играть одному. Я не тщеславен, не подумай. Просто трудно найти хорошего игрока вроде меня. О, я не хвалюсь! Дело не во мне. Не всем нравятся мои развлечения. Некоторые считают их несколько жестокими. Гм... Глупо. Если нет сильных ощущений, игру трудно назвать интересной, да? Если нет вероятности летального исхода, становится как-то тускло. Нечего поставить на кон. Не за что бороться. И...
В общем, веселье. Я бы рассказал тебе поподробнее про свои развлечения. Может, тебе даже понравится. Но... Я сегодня не в духе.
Всему свое время.

2012-07-18 в 19:24 

кумыс
смысл? штоэта? я пытаюсь растрясти народ

- Всему свое время, Джонни-бой, - важным голосом провозглашает Джим, но как-то быстро затихает, деловито вешая взрывчатку на доктора Уотсона.
Пожалуй, самая интересная составляющая часть их общения состоит в том, что Джон молчит, а Мориарти вставляет свои пять копеек в это молчание. Ах, да - кляп. Старина Джимми запамятовал про это небольшое недоразумение, но так даже интереснее.
О чем молчит Джон? Что он мог бы сказать на то или иное высказывание? Реальность есть разочарование, иллюзии есть кратковременное спасение.
Молчание раздражительное.
Молчание смиренное.
Молчание равнодушное.
Джон Уотсон молчит по-разному, всем своим видом показывая, что он думает о Джиме, снайперах на балконе и безнадежно падающих акциях Apple, про которые криминальный гений талдычит ему уже минут пять.
- Ну тише, тише, - зачем-то говорит Джим, несмотря на оглушающую тишину во всем здании.
Говорит, чтобы заполнить тишину звуками своего голоса:

Ты такой интересный. А нет, показалось.
Давно хотел завести себе домашнего питомца, но работа слишком нервная. Да-да, нервная.
Джон, каково это, сидеть обвешанным тротилом? Ты же у нас адреналиновый наркоман, расскажи!
А это правда, что на войне ты не только спасал людей? Ты такой же убийца, как и я.
Шерлок Холмс сам назначил мне встречу, ты знал? Ну не хмурься, Джонни, улыбни-и-и-ись!

Когда ему надоедает вести сей увлекательный монолог, он осторожно вытаскивает кляп изо рта Уотсона и достает мобильный телефон, чтобы сфотографировать его.
Смотрит, ожидая что-то вроде "псих ненормальный" или "иди к черту", но Джон Уотсон смеется, запрокинув голову и улыбается прямо в камеру.
Становится интересно.

2012-07-20 в 20:54 

Чёрный Властелин
Confetti! It's a parade!
в обострении даблджея головного мозга прошу винить драббл выше ^_^ написалось что-то вроде продолжения

Становится интересно – в глазах такая решимость умереть здесь и сейчас за Шерлока. Как мило. Ты сумасшедший, Джон, я понял.
Интересно, и почему ты так привязался к Шерлоку? Тебе нужно кого-то любить, Джонни, ты без этого не можешь, верно? Ему было легко тебя приручить – полюбуйся на себя, ты сейчас готов горло мне перегрызть. Тебе идёт эта куртка – в ней ты похож на пса в наморднике.
Ты так тяжело дышишь мне в ухо - я могу услышать твои мысли.
Интересно, Джонни, в каком случае тебе будет больней - если прострелить тебе коленную чашечку или если сделать то же самое с Шерлоком? Думаю, хромота тебе светит в любом случае. Вы так любите друг друга, даже противно. Я всегда умел играть на человеческих чувствах. Это азартная игра, и ваша партия будет нескучной.
Твоя чистая, высшей пробы, ненависть ко мне - осязаема болезненным захватом.
Джон, тебе приходилось убивать голыми руками? Вряд ли, но ты бы смог, не сомневаюсь
Интересно, ты смог бы сломать мне шею? Верю, что смог бы. Какими ещё способами, Джонни, ты предпочёл бы меня убить? Медленно и со вкусом – не твой метод, ты же гуманист. Значит, в идеале ты мечтаешь пустить пулю мне в лоб? И будешь спать спокойно после моего убийства? Очевидно.
Раззадоривающий запах твоего страха – не за себя, за Шерлока.
Красная точка прицела на лбу Шерлока. Какая неожиданность, не правда ли, доктор Уотсон?
Интересно, если Шерлок сейчас умрёт на твоих глазах, что ты почувствуешь? Что будет твоим первым порывом - броситься к нему или прикончить меня? Захват слабеет, ты разжимаешь руки и отпускаешь меня. Я обязательно это узнаю.

2012-07-21 в 00:55 

Zuzuka INC
Everybody loves me!
- Я обязательно это узнаю, - говорит Черный Человек, - верь мне, Джонни.
Но ты не веришь, несмотря на то, что он единственный, кто приходит к тебе, кто называет тебя по имени и приносит шоколадные конфеты. Ты ненавидишь конфеты, но, право слово, это такие мелочи. Дело ведь не в подарках.

В палате тихо и зябко - ты один, окно открыто и идет дождь. Сестры наверняка будут ворчать, ведь им придется стирать дождевую влагу с пола (целые лужи, если быть честным). Стыдно ли тебе? Ничуть. Похоже, чувство стыда где-то потерялось, вместе с памятью и правилами приличия. Черный Человек утверждает, что это нормально. Вообще-то он просит, чтобы ты звал его Джимом, но тебе так больше нравится.

Джим обычный англичанин, хотя может и ирландец (слишком у него дурацкий акцент)чуть выше тебя ростом, улыбчивый, круглолицый и кареглазый. Его можно даже назвать милым. Да, определённо. Вот только внутри он черный-черный, и тебе не нужна никакая память, чтобы это понять. Черный Человек Джим, не с гнильцой внутри, нет, просто... черный.

Вы знакомы чуть меньше недели. Он обещает разузнать о тебе все, что сможет и говорит, что не был с тобой знаком раньше. Ты смотришь на него и по прежнему не веришь ни единому слову. Просто потому что незнакомцы не смотрят так, как он, не произносят твое имя так, как он (и не так важно, настоящее ли оно). Со вчерашнего дня к этому списку можно добавить еще один пункт - "не целуются так, как он".

Ты больше не думаешь о том, вернется ли память, или о том, какова была твоя жизнь раньше. Тебе больше нет до этого дела, ты живешь настоящим, в котором только конфеты, невыполнимые обещания, осень и Джим. Похоже, мир исчез, а ты и не заметил.

Черный Человек всегда рядом.
Черный в тебе самом.
И ты сам - теперь сплошной черный.
Не правда ли, это чудесно?

     

The world of Jim

главная