Борис Годунов
ЖЕЛЕЗО ВНУТРИ, ЖЕЛЕЗО СНАРУЖИ!
…Копыта мерно ударяли по земле, вороной уносил своего седока все дальше и дальше. Сейчас он не хотел видеть никого…
Миля за милей ложились под копыта, но всадник и не думал останавливаться, мчась в никуда. Навстречу восходящему солнцу…
Но остановиться все же пришлось – на берегу. Резко осадив коня, Нейтан спрыгнул на песок. День был неожиданно холодным и ветреным, и на берег набрасывались короткие, злые волны – точно так же, подумалось парню, как и тысячи лет назад, когда некому было дать имя волнам, берегу и океану… Да и берега этого еще не было, и континенты выглядели иначе – но не океан.
Нейтан сидел, обхватив колени руками, смотрел на набегающие на берег волны, выбросив из головы все мысли и постепенно отходил и от вчерашнего разговора, и от кошмаров, терзавших его всю ночь, и от бесконечного потока дел… И пропустил появления гостьи.
- Так и знала, что найду тебя здесь, - Химена опустилась рядом с ним, несколько минут молча смотрела на набегающие волны, а затем заговорила нараспев:
Кто услышал раковины пенье,
Бросит берег и уйдет в туман;
Даст ему покой и вдохновенье
Окруженный ветром океан...
Нейтан совершенно автоматически откликнулся:
Кто увидел дым голубоватый,
Подымающийся над водой,
Тот пойдет дорогою проклятой,
Звонкою дорогою морской...
Осекся, изумленно глядя на девушку. Та усмехнулась:
- Не смотри так на меня, я тоже кое-что читаю… Но это все не особо важно. Важно другое: знаешь, сколько сейчас времени?
- Представления не имею.
- Половина третьего. А уехал ты часов в восемь… И явно пора в кузницу – доделывать меч.
- А что осталось?
- Да, в общем, немного – только отделка для ножен. Но уж извини, чеканку я тебе не доверю ни под каким видом – рано.
- Ладно, буду учиться, - покладисто кивнул Нейтан, вставая и подзывая коня, - Поехали?
- Поехали!
Два коня мчались галопом, словно призраки воинов Великой Степи, заставляя шарахаться немногочисленных встречных, поглощая милю за милей, и, наконец, остановились у кузницы.
Снова гудит пламя в горне, снова звонко бьет молот по наковальне и шипит в воде раскаленный металл. Золото и сталь. Сила и власть…
И пока Химена занималась чеканкой и крепила готовые пластины на ножны, Нейтан сосредоточенно чертил что-то в своем блокноте и, дождавшись, когда девушка закончит работу, вырвал лист и положил его на верстак:
- Вот что еще нужно отковать, - сказал он.
- Что это?
- Императорская корона дома Эркелл, о которой они забыли и сами. Вернее, постарались забыть…
- Нейтан… Чего ты добиваешься?..
- Только одного. Лет через пятьдесят-сто встанет вопрос о разделе Галактики, и я хочу, чтобы мы могли принять в нем участие на равных. Но для этого нам необходимо не просто выйти в Большой Космос, а закрепиться в нем. Хотя бы на нескольких планетах… И у нас есть возможность не колонизировать пустую планету с нуля, а закрепиться на давно обитаемой и к тому же достаточно сильной... Нет, есть и ближе планеты – а толку с них? На два десятка световых лет вокруг это самая развитая планета, и мы можем получить ее – без больших усилий. Господь Испытующий, в этом радиусе от силы два десятка пригодных для жизни планет, а населенных – семь, из них только две – более или менее высокоразвитые, а к межзвездным полетам способна только одна! Теперь тебе понятно, чего я добиваюсь?
- Да. Теперь понятно. И не могу сказать, что ты не прав… - Химена тщательно сложила лист из блокнота и убрала его в карман, - я сделаю эту корону. Человек будет править Галактикой!
С этими словами она поднялась, стягивая платок и встряхивая головой, так, что волосы рассыпались по плечам.
- Хватит на сегодня, - сказала девушка, потягиваясь, - пора уже и возвращаться… И про Саламандру можешь не рассказывать – я и сама с этим справлюсь.
- Не так много я с ней и общался, чтобы рассказать что-то особо интересное. Да в дела ее я сунулся только один раз – ты знаешь, когда…
- К сожалению…

Протянув руки к огню, Нейтан продолжил свой рассказ:
- Я очнулся уже на корабле, приближавшемся к Мантикоре. Сколько я пробыл без сознания, где меня подобрали, при каких обстоятельствах – всего этого герцогиня Харрингтон не сочла нужным мне рассказать. Все, что мне удалось выяснить – она привезла меня на этот крейсер на собственной яхте, но откуда – неведомо. Позже, когда врачи отпустили меня, я рассказал ей все о своих приключениях…
…- В это трудно поверить, - высокая черноволосая женщина внимательно разглядывала собеседника, - даже учитывая то, чему я сама была свидетелем… Но я верю вам. Хотя бы потому, что проблема Мультиверсума разрабатывается сейчас нашими учеными, уже и на практике. Полагаю, вы действительно сможете вернуться к себе… Но это станет возможно только через несколько месяцев. На это время я могу взять вас к себе на службу – пилотом на один из истребителей сопровождения и, возможно, для особых поручений, хотя я искренне надеюсь, что их не будет.
- Хорошо, Ваша Светлость, - Нейтан встал, сделал шаг и опустился перед Саламандрой на колено, - поступаю к Вам на службу на год со днем и клянусь служить верой и правдой, волю сюзерена ставя превыше своей жизни и чести, покуда не истечет срок, и после того не чинить вреда ни словом, ни делом.
- Принимаю твою службу, Нейтан Бриджер, - герцогиня поднялась , протягивая Нейтану руку, - да будет так.
Так Нейтан Бриджер превратился в сержанта Натаниэля Гилли. Почему – сюзерен не объяснила, а сам он не стал спрашивать – чувствовал, что не ответят. Принял это как должное, получил форму и принялся тренироваться на истребителе.
Мантикорские «дротики» мало чем отличались от привычных самолетов – особенно, если вспомнить все, на чем Нейтану доводилось летать, и освоил новую машину он быстро.
Нового пилота в гвардии лена Харрингтон быстро оценили. Еще бы – он один из всех на этой планете имел опыт настоящих воздушных боев. Так и шло время – в полетах, тренировках и попытках (вполне удачных) сделать из атмосферного истребителя хотя бы аэрокосмический. В политику Нейтан не лез категорически и политикой вообще не интересовался – до тех пор, пока однажды политика не заинтересовалась им…
… - Я никогда не подумал бы, что такое возможно, - Нейтан отвернулся от камина, - но это все же случилось Впрочем, этого не ожидал никто. А можно было бы – Юнг и его дружки, как оказалось, кормились с рук Мезы. Половина либералов – вернейшие друзья работорговцев… И в том числе – бывший премьер-министр! И они опять рвались в правительство, а когда на выборах их, естественно, провалили – устроили мятеж… И Юнг и Жанвье его возглавляли. Господь испытующий, тогда впервые за все пятьсот лет мантикорской истории было введено чрезвычайное положение… Впрочем, о подробностях всей этой истории Хименита расскажет куда лучше – если захочет… А я расскажу только о том, в чем сам участвовал… к сожалению. Только уже не сегодня, ладно?
- Ладно, отложим это на завтра, - согласился принц.
В коридоре Нейтан спросил девушку:
- Ты действительно хочешь знать, что случилось с Юнгом и Жанвье?
- Да. Официальная версия меня не устраивает, и я хочу знать, что это были слухи про головы.
- Это не слухи… Ладно. До завтра, - Бриджер чуть улыбнулся.